Визит

Дорн согласился, с условием, что тот принесёт себя в жертву тёмным силам. Иначе: совершит самоубийство. И тогда хозяин наделит его единомышленников возможностями, которые им и не снились. Хотя, с нашей точки зрения это ничтожно мало, — с усмешкой заметил Амон. — Хозяин больше приобретет с жертвоприношения, чем подарит своим поклонникам. 

— Неужели он согласится и убьёт себя? Чем?

— Разумеется, кинжалом. Но прежде пройдет сложный ритуал.

— Ритуал? — недоумевая, повторила девочка. — В чём он заключается? 

— Долго рассказывать.

Например, по его телу сделают надписи.

— И чём сложность?

— Сложность в инструменте написания, — ухмыльнулся Амон, — Острый скальпель заменит перо.

— Ужасно! Но почему он не откажется?

— Как он откажется? Сам хозяин предложил ему сделку. Но пора в порт. Дорн сам разберется с ними. Нам тут делать нечего. Я думаю, ты не захочешь увидеть, как несчастный распорет себя кинжалом, и как жрецы вынут его сердце и возложат на алтарь. А его кровь...

— Хватит, хватит.

Не продолжайте, — взмолилась девочка. — Всё как кошмарный сон. Я хочу покинуть этот город.

Девочка с Амоном направилась в сторону порта, оставив Дорна с его жертвой. А этот несчастный, не скрывая восторга, повел Сатану за собой, через тёмные переулки, к убежищу секты. Там его ждала смерть.

Вечером, когда солнце село за горы, его изувеченные останки были брошены собакам, а кровь плескалась в чаше на алтаре. И члены культа по очереди пили её. При свете факелов Дорн восседал в кресле, внимательно наблюдая за ритуалом.

После захода солнца всё было кончено. Секта стала более могущественной, чем была до встречи с Сатаной.

В Прая пришла ночь.

Светлана, нахмурившись, шла вслед за Амоном, пиная попадающие под ноги камешки. Она вспоминала заживо сожженного монаха. Счастливые, преданные глаза обречённого. Он, наверное, так и не понял, что его верой в Хозяина просто воспользовались. Нужна была жертва, и он с радостью предложил себя. Светлана вздохнула. Происшедшее тяжёлым грузом легло на душу.

Мысленно Светлана стала прикидывать шансы, как исчезнуть с судна и от этой компании. Шедший впереди Амон, уловил её настроение, а может и мысли. Он остановился, дождавшись, когда она приблизится, предложил:

— Я вижу, сегодня было много впечатлений, возможно слишком сильных для тебя. Наверное, не каждый сможет остаться равнодушным. Я сниму тяжесть воспоминаний. Ты всё забудешь, но слова останутся в твоей памяти. Но впредь повторять, уже я не буду.