Мой инферно

Но оч-чень радушных, – призвала она. Правда, радушием от неё как-то не веяло. Будто решив, что испытываемая мной неловкость недостаточна, Лара присела аккурат напротив. Сложила ладони на столе и изучающе меня разглядывала. Когда градус неловкости достиг пика, в кабинет вальяжно вошла блондинка с подносом. На нём стоял сервиз из белого костяного фарфора, дымящийся заварник и пиала с печеньем.

Блондинка, переставив свой груз на стол, развернулась и покачала бёдрами прочь из кабинета. Я же поймала себя на мысли, что в её компании мне было комфортнее.

В воздухе запахло травами. Я вдохнула. Чабрец, смородиновый лист, мелисса и что-то ещё, незнакомое. Уловив мой интерес, Лара наклонилась и приподняла крышку.

– Думаю, заварился, – наполнила обе чашки. – А теперь, Алиса, поведай мне эту душещипательную историю. Как простая человечка оказалась в компании такого демона, как Дэй?

Подобного вопроса я не ожидала, к слову, совсем. История хоть и душещипательная, но личная.

Лара, почувствовав моё нежелание разговаривать, придвинула ко мне пиалу с печеньем.

– Угощайся.

Чтобы занять рот чем-то более приятным, нежели разговоры о моём бессовестном родителе, я схватила одно из печений и принялась жевать. Оно оказалось из песочного теста с привкусом каких-то пряностей. За первой печенькой пошла вторая. За второй – третья. И так пока пиала не опустела.

– Так что, говоришь, там за история? – улыбнулась Лара.

– Душещипательная, – ответила я, больше не чувствуя смущения или нежелания общаться. – О торговле родственниками.

И так, послушно следуя за наводящими вопросами, которые Лара задавала с сочувственным видом, я выложила всё как на духу. И даже про то, что решила влюбить в себя мучителя.

– Надо же… – подытожила Лара, когда я закончила. – Дэй согласился на подобное пари? Зачем ему это? Ах, да, – вспомнила она.

Она задумчиво вперилась в меня взглядом.

– И всё равно не пойму, что интересного он в тебе увидел?.. – её вопрос был задан куда-то в пустоту. Ответа на него явно не требовалось. – Одеваешься ты просто. И не красишься совсем.

– Но я накрашена!

– Да? – удивилась Лара. – Незаметно как-то. Нет в тебе… изыска, что ли.

– А ему нравится изыск? – вопрос был важный. Можно сказать, судьбоносный.