Целитель для хранителя. Связанные тьмой

Огромная фигура человека с белой кожей и гнилостными волдырями по всей видимой поверхности. Смрад вокруг существа стоял убойный. Нежить повернулась в мою сторону, впиваясь белёсыми глазами и издавая булькающие звуки. Драуг! Судя по всему, человек утонул недалеко от этого места. И жителям деревеньки крупно повезло, что эта мерзость не пробила купол, иначе многие погибли бы. Драуги славятся невероятной прожорливостью. Наверное, по аппетиту они и вампиров с гулями легко переплюнут.

Нежить кинулась на меня, не давая до конца сформировать заклинание.

В глазах резко потемнело, но кое-как мне удалось вызвать карету, послав магический маячок. Резерв практически опустел, а это означало лишь одно – проклятие с остервенением накинется на тело, пожирая плоть и забирая остатки жизненных сил. Служба Маргарет в должности моего целителя оказалась слишком короткой.

Девушка пыталась предложить помощь, но я знал, что это бесполезно и не хотел, чтобы она видела мои корчи и уродство, дышала зловонием тёмной магии. Поэтому я не подпустил её. Надеялся, что смерть придёт быстро, и я смогу выдержать последнюю агонию. Тело скручивало огненными судорогами, выламывая кости, но я терпел, закусив угол подушки и стараясь не издавать звуков. В какой-то момент пришла спасительная темнота, которую я встретил с радостью, ведь считал, что это долгожданный конец.

Но ночью я проснулся в своей постели и не почувствовал боли. Лежал какое-то время, не шевелясь, а потом вздрогнул, ощутив, как меня гладят по лицу тёплые пальчики. Тут же схватил Маргарет за руку.

- Что вы?.. – хотел спросить, что она здесь делает, почему нарушает приказ, но закашлялся, ощущая жжение в пересохшем горле.

- Я сейчас! – девушка кинулась к тумбе, налила в стакан воды и помогла напиться. – Мне пришлось прийти. Вы кричали, - она запнулась. – Диагностика показала, что организм умирает.

Чёрт! Да что она себе позволяет? Я хотел умереть, ждал смерть как друга, чтобы получить избавление… А Маргарет смотрит на меня широко распахнутыми глазами и кусает губы.

- Нравлюсь? – горькая усмешка вырвалась сама собой.

Девушка что-то лепетала, но я не слушал. Она видела меня, моё уродство! И не ушла…

- Убирайтесь! – злость клокотала внутри. Но я злился не на Маргарет, а на себя. На свою беспомощность и уязвимость перед женщиной.