Из Яви в Навь за любовью

– Спрашивай, – вздохнула она.

– Я, между прочим, беспокоился, что Охота увезла тебя. Куда ты делась?

– Ушла. Я не обязана перед тобой отчитываться… была не обязана, – фыркнула она. – Вернулась домой. А потом – ничего не помню, – она нахмурилась.

– Может к тебе кто-то приходил? – спросил я осторожно. – Ты что-то ела, пила?

– Какая тебе вообще разница?! – вспылила она.

– Эй, я тебе вроде как помочь пытаюсь!

– Да зачем?! С тех пор, как ты вмешался, всё наперекосяк!

– У меня была весточка из прошлого… – вспомнил я вдруг.

– Только для меня это была хорошая и важная весточка. А ты почему-то получила плохую, хотя до этого у нас всё было одинаково – мы оба вляпались в очень похожие неприятности. ДТП, одержимая, пытающаяся меня убить, разбитый телефон… Всё, как ты сказала. Что-то изменилось в Дикой Охоте, почему-то у меня исправилось, а у тебя нет.

– Почему ты вообще думаешь, что мы связаны?!

– Сама прикинь. Какова вероятность, что с нами произойдут совершенно одинаковые события в один день? Но в тот день они были одинаково плохими, у меня всё сыпалось из рук, происходило всё максимально плохо.

А после Дикой Охоты… Нет, после того как я тебя спас – всё исправилось.

– И что ты предлагаешь? – насторожено спросила мышка.

– Не знаю, надо подумать. Может быть, ты должна меня спасти? Надо понять, почему вообще мы так странно связаны. Придёшь в себя, съездим к моей ясновидящей, может она что подскажет.

– Я не останусь у тебя, – Катарина смотрела исподлобья.

– Я не собираюсь удерживать тебя силой, – пожал я плечами.

– Хочешь – уходи, хоть прямо сейчас. Вызвать тебе такси?

Катарина открыла было рот, но вместо ответа вцепилась пальцами в ошейник и заорала, падая на пол, уронив кружку с глинтвейном. По комнате поплыл омерзительный запах горелой плоти.

***

Я бросился к девушке, понимая, что шансов спасти её мало. Если я не справился с ошейником раньше, то как, чёрт побери, снять его сейчас, когда счёт идёт на секунды?! Не особо раздумывая над тем, что делаю, я схватился за ошейник, включая себя в цепь чар.

Как минимум, я посильнее несчастной девчонки буду.

Кто бы это ни был, он планировал убить, а не наказать или найти. Катарина выла от боли, а я лишь глубже загонял пальцы под ошейник, пытаясь нащупать и разорвать те чары, что её убивали. Боль настигала и меня, словно мне в мышцы загоняли гвозди, игнорировать её становилось всё сложнее, но если Катарина могла это вытерпеть, то и я должен был. Меня словно дикий азарт какой-то взял.