Имя демона, или Жених из преисподней

Мускулистого, с огненным взглядом, витыми рогами, крупными копытами и вытянутой мордой. Яркий представитель полудикого демона. С интеллектом в зачаточном состоянии.

А этот… Постойте, постойте! Он точно не рисс. Особенно меня испугали… серебристые рожки!

«Мама дорогая!» — про себя завопила я от ужаса.

Огромный, величественный демон, в черном шелковом плаще, с золотой медалью на груди. И со странным выражением морды. Еще не осознавший, что произошло. И оттого вид его пока торжественный. Похоже, я его с какой-то церемонии вытащила.

Пару секунд мы смотрели с ним друга на друга. От созерцания обоих отвлек тот самый браслет. Он вспыхнул, превращаясь в тонкую огненную плеть, одна сторона сковала запястье демона, а вторая метнулась и обхватила мою руку.

Я вскрикнула от неожиданности и быстрой боли. Выражение морды демона тут же изменилось. Рот озлобленно скривился, а глаза полыхнули такой потусторонней яростью, что я поняла: пожалуй, единственный шанс на приличную работу я успешно провалила.

Но я все же отличница демонологии. Бывало, отправляла в ад совершенно диких особей. Диких! Но передо мной стояла осознанная личность. Мало того, осознанно озверевшая. И — о боги! — судя по рогам, эта личность была из высших демонов!

Какое же имя шепнула мне тьма?

Кенно… А дальше? У высших имена длинные, так мы учили на лекциях по вызовам. Или, может, мне все же повезло и то, что я успела услышать, — это все его имя?

В такое везение я верила мало, но выбора у меня не было.

— Астракам, Кенно! — выкрикнула я громко в тот момент, когда огромная лапа размахнулась, чтобы, судя по всему, меня раздавить. Благо я успела выставить перед собой щит. Он зазвенел от удара, демон зарычал, и в этот момент тьма снова развезлась. Но как-то странно: она выгнулась дугой, задрожала, словно сомневаясь… Я что было сил снова закричала:

— Астракам, Кенно!

Тьма дрогнула.

Демон издал нечто наподобие:

— Как ты?.

В аудитории стояла тишина. Такая, что можно было услышать, как бьется о стекло окна нервное насекомое.

Я, тяжело дыша, повернулась к студентам.

Молчание. Гробовое.

Адепты сидели, вцепившись пальцами в парты и смотря на меня широко раскрытыми глазами.

— Можно я в туалет выйду? — пискнул тот самый, у окна, не верящий в демонов.

— Можно, — растерянно выдохнула я.