Любовь учебе не помеха

Она всегда такая вредная, и я всегда кормлю своего фамильяра, — заверила своего научного руководителя, а то еще будет думать, что я плохо отношусь к Рине. И какое я тогда произведу впечатление только что приехав в академию?

— Это ваша птица? — все еще с удивленным лицом, спросил ректор.

— Да вот, прибилась тут случайно.

— Ух-ух, — раздалось обиженное.

— Я, собственно, принес вам, леди Эванс, свитки для первичного ознакомления и несколько монографий известных ученых. Прочтите и потом приходите с вопросами ко мне.

— О, спасибо большое, лорд Сандерс. Могу вас заверить, что наука для меня прежде всего и уж погрузиться углубленно в изучение материала намерена полностью.

— Не сомневаюсь в вашем усердии, миледи, — одарил меня сдержанной улыбкой ректор, но у меня почему-то вдруг на миг екнуло сердце. Странно, с чего бы это вдруг?

— Доброй ночи, леди Эванс, — и как-то подозрительно покосился на Рину.

Когда дверь за ним закрылась, пернатое несчастье выдало многозначительно:

— Я ему не нравлюсь.

— А ты веди себя лучше и будешь нравиться людям.

— Ой, да не очень-то и хотелось. Я не персик, чтобы всем нравиться.

— Они тоже не всем нравятся, Рина.

— Зато я их люблю. И помидоры еще.

— Завтра, Рина. Я же тебе сказала, — устало вздохнув, заверила своего фамильяра. — И, пожалуйста, мне долго еще общаться с ректором Сандерсом, не позорь меня.

— Конечно! Не переживай.

Вот уж в чем, в чем, а в своем совершенно непредсказуемом фамильяре я точно не была уверена.

***

Утро началось рано, разбудив ярким светом солнца, что рассыпалось золотыми бликами по полу комнаты. На лицо упали теплые лучи, весело пели птицы. И все это я видела потому, что совы не умели закрывать за собой шторы после своих ночных прогулок. А может быть просто не хотели, к чему я больше склонялась. Рина по ночам улетала поохотиться и полетать. Все-таки она ночная птица. Я оставляла ей наполовину открытое окно и частенько просыпалась от шума, который, мне кажется, она специально издавала при своем возвращении.

Я, сладко потянувшись, встала босыми ногами на теплые нагретые доски пола и направилась в ванную. И только начала открывать дверь, как услышала громкое:

— Занято!

«Да чтоб ее!» Заглянув в ванную, увидела развалившуюся Рину в раковине с набранной водой и огромную лужу на полу.