Любовь учебе не помеха

— Тогда давай его приворожим. Может, сходим к ведьмам? Да и вообще, какие ведьмы! Ты же магией рун занимаешься, что, не можешь сделать какую-нибудь ерунду, чтобы стать для него единственной и неповторимой?

— Это черная магия, и я таким не занимаюсь, я придерживаюсь кодекса чести и ничего делать не буду. Потому что это будет ненастоящая любовь с его стороны, а я не хочу так. Я хочу настоящих чувств и мне не нужен суррогат.

— Давай тогда сделаем какую-нибудь руну, чтобы его мерзкая секретарша стала страшной.

Я скептически взглянула на Рину.

— Не, ну а что? Такое-то почему нельзя?

Я только тяжко вздохнула. Но, честно говоря, была очень благодарна Рине за такое беспокойство обо мне. Я такого вовсе не ожидала от своего фамильяра.

Еще одна тяжелая ночь, что навевала кошмары. Я видела сон, в котором ректор, обнимал и сжимал в объятиях свою секретаршу. Целовал ее страстно в губы и расстегивал на ней блузку, усадив к себе на колени.

Ну как после таких сновидений не встать с утра злой и раздраженной? И погода была мерзкой, серые тучи наползли на небо.

Но их цвет... Цвет у них был, как глаза Дейва. Да что теперь, я даже на пасмурное небо не смогу посмотреть?

«Возьми себя в руки, Анита!» — настраивала себя и все равно плелась, еле переставляя ноги. Сегодня у меня не было занятий, в связи с чем я даже не стала делать никакой изысканной прически, не хотела наряжаться. Да и вообще ничего не хотелось делать. Но у меня был план. Мне надо за день сделать работу, которую я должна была показать сегодня вечером Дейву.

Да как же я с ним теперь буду сотрудничать? Как я могу смотреть в любимые глаза и знать, что он ими ласково глядит на свою любовницу? Видеть его руки и понимать, что ими он ласкает ее тело. А его губы опаляют жаром ее губы, их дыхание сливается и... Нет, это невозможно, только бы не зареветь при всех.

Придя в столовую, забилась в уголок и пила кофе. Ко мне подошла миссис Палмер и обеспокоено поинтересовалась:

— Леди Эванс, с вами все хорошо? Вы не приболели случаем? Слишком бледная сегодня.

— Нет, нет, все хорошо, — заверила участливую женщину и побыстрее удалилась из столовой, так ничего и не съев.

Я оставила Рину одну, правда с тарелкой вкусняшек. Она вещала профессорам что-то о переходе магического резерва в статическое состояние. А те на удивление слушали не очень, честно говоря, умную птицу, которая вообще вот не имела представления о том, что она сейчас говорит. Не знаю, как она выкрутится, если преподаватели ее о чем-то спросят.