Мой домовой Кузьма

И вот уже перед нами сидел не старый дряхлый старик, а мужчина в возрасте, крепкий и еще вполне представительный. Волосы его приобрели темный цвет, но не совсем черный, скорее каштановый, лицо немного разгладилось, руки стали не такими тонкими и сморщенными. Стоп, если он помолодел вот так резко… А что, если и я помолодею? И… что же получается? Кузя будет носится по здешней местности с грудным ребенком на руках? Домовой внимательно на меня посмотрел и, когда понял ход моих мыслей, громко рассмеялся.

– Не переживай, это тебе не молодильные яблочки, а живая вода.

Она только восстанавливает, молодость не дает.

– То есть, вот у меня хроническая болячка была и она теперь прошла, получается? - наконец-то поняла я.

– Конечно! Не веришь, сама проверь.

Я согнула и разогнула ногу, уже привычная тупая боль в левом колене отсутствовала. Да уж, вот действительно чудеса. Колено я повредила еще в школьные годы, когда ходила в спортивную секцию. Я тогда неудачно упала, врачи давали год на восстановление, но не срослось.

Точнее, срослось, но не так, как хотелось бы, и о спортивной карьере пришлось забыть. И вот сейчас я снова смогу бегать, не думая о том, как я ставлю ногу и не слишком ли большая нагрузка.

– Так, детишки! - прервал мои мысли леший, - Свои победы и вновь приобретенные конечности посмотрите, как с делами закончите. А сейчас давайте, собираемся и пошли, времени у вас мало, да и я с вами не особо хочу нянчиться. Пойдемте провожу, да и дело с концом.

– В смысле? - не поняла я, но глядя на Кузю, заподозрила, что лучше вопросов не задавать, а следовать за хозяином леса.

Мужчины собрались, леший вручил мне маленькую деревянную баночку. Внутри лежал мед, не так много, но если мы где-то застрянем, то, в принципе, несколько дней можно вполне на этом протянуть.

– Провиант это, а теперь шагом марш за мной и не отставайте! - скомандовал Федя.

Кузя захватил себе в карман еще и горсточку сушеных грибов, видимо, это тоже в качестве провизии, и взяв меня за руку, повел за лешим.

Ладонь у него была теплая и большая, я даже не ожидала. Точнее, я всегда думала, что у всех людей руки такие же, как у меня, ну короче, не теплые. А тут вон как получается. Хотя, честно-то уж сказать, Кузя-то и не человек вовсе, а домовой, а на сколько он обидится, услышав такое замечание, я не думала.

Мы шли, я честно смотрела по сторонам, но пейзажи быстро менялись. Так, как будто бы мы не шли, а летели на чем-то весьма скоростном.