Повесть о том, как я за счастьем ходила

Поблекшие и опустевшие, они расходились в пространстве как две армады – гордые и непобежденные. И только в хвосте их удаления две планеты неслись навстречу друг другу, не в силах изменить трагическую траекторию пути.

Обе планеты имели приблизительно одну массу. Волею того же случая, их столкновение больше напоминало столкновение двух мячей, чем галактический взрыв. Соприкоснувшаяся материя начала аннигилировать, при этом расходуя всю энергию на торможение. Самое парадоксальное то, что обе планеты имели схожие по составу атмосферы, которые не пострадали.

Еще одним чудом было то, что выровняв массы, процесс аннигиляции перешел в процесс прорастания планетарной материи. В центре новой планеты зародилось общее ядро, которое изнутри начало стирать энергетический барьер, возникший между двумя половинками, вызывая процесс объединения в одно целое.

Вот этот чудесный артефакт и обсуждали двое мужчин, удобно устроившись в центре зала у стола, отделанного черным мрамором с красными прожилками.

Зал приема личных гостей. Рок, как хозяин, не скупился ни на слова, ни на угощения.

- Ах, Чекион, я думаю, здесь не обошлось без вмешательства высших сил.

- Но кому мог понадобиться столь колоритный симбиоз? И почему эти силы молчат сейчас?

- Я тоже часто задаю себе этот вопрос, но ответ сокрыт в далеком тумане времени. Думаю, что ключ к разгадке этой тайны должен где-то существовать. Не мог бы ты поискать его?

- О, да, мой господин, - не замедлил среагировать черт. Его и самого не на шутку заинтересовала услышанная история.

– Ваша светлость, но мне потребуется доступ к аналойным архивам.

- Да-да, конечно, - вставая, произнес вельможа, тем самым заканчивая аудиенцию. - Но сначала поройтесь где-нибудь поближе.

***

- Царь-батюшка, беда, - и в ноги царя рухнул гонец из дальних поселений.

- Да ты встань, голубчик, и расскажи царю-батюшке все попорядочку, - свысока молвил генерал, отстраняясь чуть в сторону.

- Беда, батюшка, беда, - причитал гонец, - три деревни гады ползучие обескровили.

Детки малые помирать начали. Бабы воем воют. А мужики, что только не делали, и табуном их топтали, и огнем жгли, а они все топают и топают. Помоги, царь-батюшка, не дай пропасть смертью лютою.

Царь погрустнел, внимательно слушая мужика.

- Да, генерал, видать пришло время военное, вот и работка подкатила нелегкая. Ехай-ка ты, Першил Самохвалович, и разберись на месте, что там за лихо навалилось. – Максимилиан призадумался.