Верволокские сказки

— у Лены аж перехватило дыхание от внезапной идеи. — И казнь была подстроена. Да?! И не было никакой ве...

Слишком пристально смотрел на нее колдун, ловя каждое слово. Лена замолчала. Свиток с хрустом смялся в сжавших его пальцах.

— Кого не было?!

— Никакой вероятности, что его казнят, — упавшим голосом закончила она.

— Хочешь проверить? — Велир разочаровано дернул уголком рта.

— «Или завтра в этом зале состоится обручение, или послезавтра здесь состоятся похороны», — с горечью процитировала она.

— Вы все спланировали заранее. Не пожалели даже своего верного соратника. Кого следующего вы приготовили на убой во славу вашего правления?!

В принципе, ей стоило предугадать, что подобное случится. Это она поняла когда вынырнула на поверхность и отплевалась от мыльной пены. На этот раз толчок от взгляда Велира был такой силы, что устоять на ногах не было никаких шансов, а вода в глубоком бассейне смягчила падение. Велир стряхнул с плаща клочья пены процедил:

— Я сказал тебе чистую правду, — и больше ни слова не говоря, вышел, от души хлопнув дверью.

Намытую и причесанную Лену транспортировали обратно все девушки. В их нечеловеческих глазах прятались смешинки.

За ее спиной лязгнул замок, отгораживая от остального мира. Этот звук словно спустил взведенную пружину. Истерический кураж исчез, похмельем оставив после себя ломоту в висках. Лена ничком легла на лавку, собираясь погоревать о своей загубленной жизни, но сразу же провалилась в колодец сна.

*****

Утро началось с деликатного стука в дверь. Лена с трудом разлепила тяжелые веки и огляделась вокруг. Тусклый свет за окошком возвещал начало утра. Вошли вчерашние девушки и принялись за дело. Ей на голову накинули ворох белоснежных тряпок. Когда на ней все это одернули и расправили, Лена с ужасом опознала свадебное платье. Пышная юбка свободными волнами опускалась до пят, прикрывая ее босые ноги. Корсетный верх и ажурные рукава поблескивали мелкими драгоценными камнями.

В комнату вошла еще одна женщина с темными волосами с проседью. Ее серое лицо, уродовал узкий шрам, начинавшийся от уголка глаза и заканчивающийся на внешней стороне щеки. Она принялась расчесывать спутанные Ленины волосы.

— Ай, больно же! — Лена уставилась на женщину в зеркало.

— Терпи, — женщина склонилась к самому ее уху, обжигая холодным дыханием, — поверь, девочка, это не самая большая твоя беда сейчас.