Верволокские сказки

Девушка поднялась по скрипучим ступеням и скрылась за дверью. Лена вздохнула, пошаркала ногами, стряхивая с кроссовок грязь и пошла следом, попутно показав язык двум мордашкам, уже давно плющившим носы о слюдяное окошко. Видимо, тем самым шалопаям, из-за которых Марья и выработала такую выдержку. Мордашки дружно возликовали и в ответ высунули розовые языки, да еще и рожи скорчили.

В темных сенях пахло березовым веником и псиной. Лена шумно споткнулась об деревянную кадку, плеснувшую ей на ноги еще воды. В единственной комнате уже вовсю хлопотала Марья, подкладывая в печь дрова и выставляя на стол какие-то миски.

Шторка над печью дрогнула и с разных сторон из-за нее высунулись девчушка лет четырех с торчащими в разные стороны косичками и до невозможности веснушчатый пацаненок с расцарапанной щекой и щербатой улыбкой. Они дружно показали Лене языки и, хихикая снова скрылись за шторкой.

— Снимай всю одежду. Я тебе сейчас сухой сарафан дам, — девушка, не глядя, сунула руку в сундук, который одновременно служил и лавкой и вытянула оттуда что-то зеленое и сухое.

— Иди в сени, переоденься. Вольг скоро придет.

Только натянув в темных прохладных сенях на голое тело беленую рубаху и просторное платье из грубой колючей ткани, Лена поняла, как же она до этого замерзла. Мокрая одежда грудой тряпья валялась у ног, а ее только сейчас заколотило. Кожа мгновенно покрылась мурашками. Лена скинула кроссовки и побыстрее юркнула в комнату, поближе к горячей печке. На голову ей тут же что-то шлепнулось. Лена торопливо провела рукой по волосам, выудив оттуда тщательно скатанный хлебный мякиш.

Занавеска на печке подозрительно похрюкивала и подергивалась в разные стороны.

— Вот как! — в комнате совершенно бесшумно появился крупный лобастый мужчина с серыми, какими-то даже серебристыми глазами.

— Вольг, — Марья облегченно вздохнула и стремительно прильнула к мужчине, не обращая внимания на мокрый плащ.

— Ладно-ладно тебе, — тот приобнял ее и кивнул на прижавшуюся к теплому печному боку Лену, — Алена?

— Да.

— Марья тряхнула головой и снова принялась собирать на стол, обтирая влажный рукав. — Как знала.

— Выдь, Марья, поговорить надобно, — Вольг положил широкую жилистую руку на плечо жены и кивнул в направлении сеней.

Они скрылись за скрипнувшей дверью. На печи до этого было подозрительно тихо. Но вот наконец шаркнуло, дернулась занавеска. Лена уже давно была готова, сложив щепотью пальцы и удобно уложив между большим и указательным шарик из хлебного мякиша.