Верволокские сказки

На душе было тускло и серо, что впрочем и неудивительно, ввиду перспектив, ожидавших меня в будущем. Но, впрочем, ничего непоправимого. И не из таких переделок выбирались. Жив и это главное. Так почему же под сердцем поселилась заноза, царапающая при каждом вдохе и не дающая забыть, то, что нужно забыть поскорее...

Гнетко вскоре пришлось опустить на землю. Ветки деревьев, размытые в сиреневых сумерках то и дело норовили вырваться из руки Вольга и хлестнуть ее по лицу. Кощей задал такой темп, что у Лены через пятнадцать минут уже сбилось дыхание, а через полчаса покалывания в боку сменились тупой однообразной болью.

Гнетко пару раз терялся в темноте, но тут же выскакивал откуда-то сбоку. Комары, проникшиеся трагичностью момента и не досаждавшие им на привале, видимо решили, что хорошего понемножку и атаковали все разом. Причем, пока десяток смертников бросались в лицо, заставляя Лену беспорядочно отмахиваться, остальные подло нападали со спины, кусая куда попадет и быстро исчезая во тьме. По лицу девушки стекал пот, заливая глаза. Просить о привале мешала гордость, да и она потихоньку сдавала свои позиции.

Кощей остановился, когда Лена уже готова была плюнуть на все и взмолиться о пощаде. Оглядел крохотную полянку, окруженную парой пышнотелых елок и заборчиком низеньких, но удивительно колючих кустов и удовлетворенно кивнул:

— Здесь остановимся, — колдун вопросительно посмотрел на Вольга, — до утра дальше идти опасно, ноги переломаем.

Оборотень покрутил головой, принюхиваясь по-звериному, и согласно кивнул:

— Пойдет, — он швырнул мешок на землю под одной из елок и исчез среди деревьев, растворившись в темноте, словно кусок сахара в кипятке.

Кощей сбросил плащ, нацелился на ближайшую елку, И принялся с хрустом выламывать нижние ветки, бросая их в кучу у ног Лены.

— А поколдовать не хочешь? — достаточно миролюбиво спросил Вольг, появляясь из-за деревьев с охапкой хвороста, — эдак мы до утра будем лежанки ждать. Гнетко путался у него под ногами, обнимая кучу мелких веточек и завитушки березовой коры, видать на растопку.

— Не стоит. Костер разведем и хватит. Как бы Велир сеть на мое колдовство не раскинул. Он его как облупленное знает. — Кощей вытряхнул из волос сухие иголки и с удвоенной энергией вцепился в следующую ветку.

Ни есть, ни пить чай сил уже не оставалось. Лена сразу завалилась на плащ, накинутый на лапник, и провалилась в сон, едва успев услышать слова Кощея, обращенные к Вольгу:

— Ложись, я с полночи тебя разбужу.

Оно и к лучшему.