Миражи времени

Не открывая глаз, юноша ударом ладони разбил противнику нос, так что тот с воплем отскочил. Спустя мгновение Раминей уже держался на ногах, и, обнажив меч, выбил оружие у второго бандита, который попытался его задержать.

Но дальше удача ему изменила. Холодная сталь поцарапала кожу на спине, сквозь куртку, как раз там, где гулко билось сердце. Хриплый голос насмешливо произнес:

– Еще одно движение, и тебе конец. Брось меч, умник, пока еще жив.

Раминей на секунду растерялся. Так позорно проиграть первым попавшимся разбойникам? Это совсем не в его стиле.

Тут послышался резкий свист, и сверху, с высокого дерева, спрыгнул человек. Угрожавший принцу грабитель отвлекся, позволив Раминею обернуться. Перед ним стоял довольно щуплый на вид подросток, что, впрочем, не мешало ему вызывающе вскинуть голову, сжимая в руках кинжал и меч.

«Неужели, стиль двойных атак?» – уважительно подумал Раминей. В Лазурите давно не слышали ни о чем подобном.

– Малыш, ты же не веришь, что с такими тоненькими пальчиками сможешь победить меня? – расхохотался бандит.

Раминей смерил взглядом главаря и положил руку на плечо своего неожиданного защитника, негромко пробормотал:

– Этот противник – мой. Спасибо, что помог, но…

Спаситель резким движением сбросил его ладонь:

– Не стоит меня недооценивать. Лучше позаботьтесь о последнем разбойнике. Он сейчас прячется в укрытии, но его стрелы оттого не становятся менее опасными.

Раминей успел увернуться, и пущенная из темноты стрела лишь оцарапала ногу. Точный бросок, и острый кинжал пришпилил врага к дереву, как бабочку.

Обернувшись, Раминей собрался помочь пареньку, но, к его удивлению, бой был закончен. Мальчишка склонился над неподвижным телом главаря. Подойдя ближе, Раминей разглядел, что на обеих руках молодого мечника отпечатался один и тот же символ – скрещенные меч и ножны, такой же, как на гербе Лазурита.

– Как тебе это удалось?

– Обычный удар. Меня научил отец, – усмехнулся тот, обернувшись к нему. – Я не хочу становиться убийцей, поэтому просто одолжила этому парню немного смирения и любви к миру. Его рана не смертельна. Надеюсь, это его чему-нибудь научит…

– Одолжила? Ты – женщина? – Раминей удивленно разглядывал свою спасительницу.