Мое прекрасное чудовище

Боялась поднять голову и увидеть в полутьме хищный темный взгляд с пляшущими в нем искорками.

— Не стоит, я не столь страшен, как кажусь, — с какой‑то горечью произнес генерал.

Провел рукой от талии и выше, слегка касаясь моего обнаженного плеча. Очень нежно скользнул по нему и вниз, к ладони. На секунду сплел наши пальцы. И тут же отпустил, переводя руку к бедру, пока еще скрытому тканью платья.

По телу пошел жар. В висках застучало диким пульсом. Дрожь уже невозможно было сдержать.

Астеш второй рукой коснулся моих волос, запутался пальцами в одном локоне и скользнул к шее.

— Не бойтесь, я буду нежен.

Я перестала дышать. От бешеного пульса. От безумно заходящегося сердца. В ушах шумело. Сумасшедшая лихорадка сотрясала тело. Мягко и послушно под руками Астеша соскользнуло с меня платье, и кожу обожгли горячие уверенные пальцы.

Прикрыла глаза.

— Откройте, я хочу видеть ваш взгляд, — пронеслось приказом по комнате, заставив огоньки свечей всколыхнуться.

— Нет, пожалуйста, — шепнула надрывно, едва ли в силах хоть что‑то говорить. — Не мучайте.

— Не буду, — вдруг отчего‑то зло произнес он и, жестко сжав мой подбородок пальцами, впился губами в губы. Горячо, жадно, словно пытаясь за раз испить всю.

И тут же отпрянул.

Я испуганно распахнула глаза. В полутьме комнаты глаза шаена горели безумным синим светом.

Тишина была пугающей. Я стояла у стены, прижимаясь к ней спиной и дрожа. Пытаясь прикрыться руками. Длинные волосы растрепались.

— Уходите! — грозно рявкнул Астеш.

— Что? — Я вскинула на него растерянный взгляд.

— Вон, леди! Идите вон из моей комнаты! Вы не готовы. Я не собираюсь брать вас в таком состоянии.

Я не поверила своим ушам. Трава Дарьера сработала?

— Прочь! Пока я не передумал.

Я вздрогнула, словно меня ударили хлыстом. Казалось, синие искры глаз шаена сейчас испепелят меня.

Рывком наклонилась, подхватила платье и бросилась из комнаты. Босиком пронеслась по коридору, выскочила в широкий холл, за ним — в следующий коридор. Не добежала до своей комнаты, свернула в одну из ниш и рухнула на софу, прижимая к себе платье и рыдая.

— Тише, тише, моя леди, — раздался рядом голос Дарьера, видимо, поджидавшего меня.