Портрет Дори-Анны Грей

– Давай, брат, оттащим его в наш кар.

— Ваш кар? – не поняла я. – Откуда?

— Выиграли, — многозначительным тоном мурлыкнул Мстислав.

— Где? Когда? – продолжала я сыпать вопросами. – И без меня?

— Да отстань ты, назойливая муха, — дернул плечом Виктор, сбрасывая со своего рукава мои пальцы. – Лучше помоги тащить.

На самом деле тащить мне было нечего. Я лишь шла позади парней и придерживала голову незнакомца, чтобы сильно не болталась.

Виктор с Мстиславом выбрались на очищенную для пешеходов дорогу и направились не в сторону улиц, освещенных фонарями, а в противоположную.

— Развалюха.

— У тебя и такой нет, — огрызнулся Виктор.

Я надулась. Действительно, не было. И в ближайшее время не предвиделось. Родители нам с братом обещали купить по кару только по окончании академии.

— Хоть ездит? – все-таки не удержалась я от шпильки.

— Летает, — гордо отозвался Мстислав. – Мы тут кое-что подшаманили…

— Хватит болтать. Дори, мой правый карман.

Других объяснений мне не требовалось, я осторожно отпустила голову незнакомца, позволив ей свободно висеть над запорошенной снегом дорогой и бросилась к брату. Выудила из кармана куртки ключи от кара и открыла дверь. Точно рухлядь. Новые модели открывались отпечатком ладони.

Парни занесли незнакомца и положили на диванчик.

— Дверь. Свет, — скомандовал Мстислав.

Кар вернул дверное полотно на место. Включился свет.

— Мама! – заорал Мстислав при виде меня.

— Я тебя придушу, — пригрозила я и двинулась на парня.

Тот шустро спрятался за Виктора.

— Ты правда, Дори, это… завязывай с экспериментами над своим лицом. Я, конечно, не такой пугливый как некоторые, — он кивнул на друга, но и моя тонкая душевная организация требует сейчас выпрыгнуть из машины.

— Да что опять-то не так? – возмутилась я.

Признаюсь, до вечера у меня было много свободного времени, и я, учтя замечания брата и друга, подправила скулы, чуть уменьшила и снова изменила форму губ, еще немного удлинила подбородок… Согласна, перестаралась, вышло, честно говоря, не очень, но ведь не настолько, чтобы меня высмеивать.

Виктор развел руками, пытаясь показать мне, что не находит слов, которые могли бы объяснить мне суть его претензий.