Понять, простить, полюбить.

Рано утром столица была празднично украшена. Мейлину подняли до рассвета, и стали готовить. Есть пришлось мало, и только ритуальную пищу – легкую кашу с фруктами, яйца каких-то горных птиц, которые ей совсем не понравились. Ее вымыли в нескольких водах, потом уложили на кровать и велели поспать, так как церемония будет длиться всю ночь. После шести часов за нее взялись по новой. Расчесали волосы, втерли в тело ароматические масла, обрядили в белую хламиду из тонкого шелка, под которую не одели белья.

На голову водрузили венок из каких-то редких горных цветов, росших на самых вершинах гор. Потом посадили на носилки и торжественная процессия тронулась к главному храму Ветра. Впереди шли одетые в белое девочки и молодые девушки, тоже с венками на головах и несущие ветви различных растений и букеты осенних цветов Дорогу перед носилками стоящие по бокам дороги женщины постарше усыпали лепестками цветов, семенами злаков, кусочками сухих пчелиных сот и сушеными ягодами. Это было странно, но торжественно. Выросшая в семье викария Лина с интересом наблюдала совершенно незнакомый церемониал, но признавала, что он даже более торжественен, чем обычай, освященный Церковью. Вокруг царила темнота, все-таки была самая длинная ночь в году, но темно не было. Лунный свет освещал дорогу серебряным сиянием, словно зовя за собой. И, несмотря на холодное время года, холода не ощущалось. По крайней мере ни Лина, ни девушки тоже в легких шелковых хламидах не мерзли. Херриэт, исполняющая роль посаженной матери тихо шепнула Лине: – Магия винглордов! У входа в храм, оказавшимся простым входом в грот, расположенный в одной из гор, окружающих Высокий замок, Мейлину уже ждал Арриан, одетый еще более странно. Вернее, раздетый. На нем была только черная шелковая туника до колен, полностью открывающая спину. Херриэт подала Лине руку, помогая выбраться из поставленных на землю носилок. К ее смущению, носильщиками были знатные винглорды, среди них она заметила и барона Ределера, который ободряюще улыбнулся ей. Херриэт за руку подвела Мейлину к ждущему Арриану и произнесла фразу на незнакомом языке, певучем и мелодичном. Арриан ответил одним коротким словом, взял Лину за руку и повел внутрь храма. Короткий, но широкий тоннель был освещен яркими полосами светящихся кристаллов, которые затухали у них за спиной, так что там царила непроглядная тьма. Впереди было видно сияние холодного, серебристого цвета.