Письмо в конверте

И только во сне он успокаивался, так как во сне она была всегда рядом с ним, и ему становилось от этого тепло и покойно.

Возвратившись домой он ещё некоторое время находился всё в том же состоянии, но работа и домашние заботы как-то отвлекали его. И только вечерами, перед сном он опять возвращался к мыслям о ней. Ему очень бы хотелось узнать, что же думает и чувствует в то же время она.

И тогда он написал ей первое письмо по безликому адресу «Главпочтамт, до востребования». Письмо получилось сумбурное, бестолковое, непоследовательное и безрассудное, как крик о помощи непонятно в чём.

Он понимал, что написал что-то совершенно несуразное, и даже не стал его перечитывать. По дороге на работу он бросил письмо в ближайший почтовый ящик.

10

Потянулись часы, дни и недели ожидания. За это время он написал ещё несколько писем. Они были уже более спокойные и осмысленные. В них он рассказывал о своих переживаниях, и просил прислать хоть какой-то ответ.

Через полтора месяца к нему вернулось первое его письмо с отметкой, что данное почтовое отправление не было востребовано адресатом, и потому возвращается отправителю.

А затем с той же периодичностью, с которой он отправлял следующие письмо, они стали возвращаться к нему с такой же пометкой.

Степан отправил ещё несколько писем, но всё, что он сказал ранее, ему повторять не хотелось, а ничего нового он сказать не мог, да и не хотел. Постепенно боль утихала, обида проходила, огонёк зажжённый когда-то стал угасать. Он ещё вспыхивал временами, но всё слабее и слабее.

Он написал ещё несколько писем, но и они вернулись к нему непрочитанными.

Так прошёл целый год, и у Степана скопилась увесистая пачка вернувшихся писем. Это был как раз тот день, когда они распрощались год назад. Степан перевязал все письма ленточкой и соорудил небольшую бандерольку. Адрес был тот же – Москва, Главпочтамт, до востребования, а в качестве обратного адреса он написал почему-то Санкт-Петербург, Главпочтамт, до востребования.

На почте Степану сказали, что такой обратный адрес не допускается по правилам, но тот доплатил ещё сколько-то денег, и работница согласилась принять бандерольку.

«Вот и всё, – подумал про себя Степан, – с этим покончено раз и навсегда, и письма ко мне уже никогда не вернутся». Но вот здесь он ошибался.

11

Годы побежали чередой, принося и радости, и огорчения, и новые встречи, и новые расставания. Степан наконец встретил девушку Марию, которая очень ему приглянулась, и которая совсем не напоминала ему Светлану.