Запах снега

Смерти от её руки Иван жаждал почти так же сильно, как и поцелуя. Наташа почти нажала на крючок, она уже представила в уме, как звучит выстрел, но представила она и этот поцелуй. Эта фантазия была не менее причудливой и странной, но Наталья к собственной досаде захотела в ней оказаться. Из двух фантазий она выбрала ту, которая не требовала ничьей смерти.

Иван больше не держал её, но она больше не хотела вырваться. Наталья ощущала спиной неровную поверхность древесного ствола. Теперь не чувство страха, а Иван Алданин прижимал её к сырой коре.

Наташе показалось, что лицо её стало раскалённым, как чугун в домне, утратило свою форму и растеклось. В её голове заиграло злое фортепиано. Уже очень много лет Наталья не чувствовала себя настолько восхитительно слабой в чужих руках.

А потом всё внезапно прекратилось. Иван стоял всего в двух шагах от неё, но казалось, удалялся с каждым мгновением. Его лицо вновь было непроницаемо и безразлично, что вновь казалось Наталье признаком лютой ненависти.

– Простите меня, Наталья Константиновна, не стоит нам этого делать. Я бы сказал, что нам не стоит видеться вовсе, но это, судя по всему, не очень-то возможно.

Наталье нечего было на это ответить. Она посмотрела на свою правую руку и не нашла там пистолета, впрочем, Иван тут же передал его ей. После этого он отошёл теперь уже на пять шагов, посмотрел на небо, шумно вдохнул и произнёс:

– Кажется, ночь будет прохладной… Вам далеко до дома, Наталья Константиновна?

– Очень.

Как и вам, Иван Андреевич.

Алданин неожиданно легко улыбнулся и отступил ещё. Пять шагов. Семь. Десять. Вскоре Наташа осталась лишь в компании старого клёна.

Глава 6

Последние новости

О том, что Йогги Леманн действительно погиб, Циглер узнал на следующее утро из местной англоязычной газеты, которая писала о трупе европейца без документов и с множественными переломами. Райнхард до последнего сомневался, что «Центр» продолжит операцию.

Потеря квалифицированного радиста-шифровальщика, да ещё с «легендой» была почти невосполнима. Однако русские, как ни в чём не бывало, вытащили из рукава джокера в лице хмурого неразговорчивого Владимирова.

Райнхард не до конца понимал, зачем «Центр» продолжил придерживаться «легенды» про двух журналистов. Люди гибнут под колёсами автомобилей каждый день и это не вызвало бы в германском посольстве никаких серьёзных подозрений.