Перекрёсток

— Да, действительно, в пути как-то и аппетита особого не было, а вот сейчас почувствовал, что проголодался, — отвечал Петрович, — а уж запахи из кухни — так это вообще что-то!

4

Они разместились на кухне за довольно вместительным столом и, весело болтая, приступили к трапезе. Полина без сомнения была отличной хозяйкой и искусной поварихой. Всё было и аппетитно, и вкусно. Дина ела не очень-то шустро, и всё искоса поглядывала на Петровича, прислушиваясь к разговору взрослых. Видно было, что ей тоже хочется поболтать, но она ещё не знала как и о чём.

Просто изредка произносила отдельные слова к месту и не к месту.

— Дюха! А ну-ка не отвлекайся, поешь ещё немного, а потом пойдёшь играть, — сказала дочке Полина, — а то сейчас с ложечки покормлю.

— Я мася, — быстро ответила Дина, и принялась за еду.

— Сама, — машинально поправила её Полина.

— Петрович! — обратился к гостю Петюня, — Полина рассказала мне, что ты жил здесь когда-то в молодые годы. И как тебе город? Сильно изменился? Как он тебе нынче показался?

— Поменялся, и довольно сильно.

Только около вокзала остались старые здания, а в основном то, что я успел увидеть, пока добирался к вам, — это новостройки. И они такие же, как и везде. Нет у них своего лица. А жаль!

— Думаю, что в центре города всё по-прежнему. Да, вокзал совсем недавно новый построили, и его современный вид как-то не вяжется с общим обликом города. Не вписывается в ансамбль. Уж не знаю, о чём там думали архитекторы. Поначалу народ возмущался, а потом ничего — привык понемногу.

Там внутри здания всё довольно хорошо было продумано, и немало сделано для удобства пассажиров.

Так в неспешных разговорах и прошёл вечер. Когда они разбрелись по комнатам, Дина уже давно спала.

5

Утром Дина была порадована первыми в её жизни официальными подарками. Тут было всё, что может понадобиться годовалой девочке. А Петрович подарил ей самодельную деревянную куколку, завёрнутую в пёструю тряпочку.

— Она ещё совсем маленькая, — сказал он Дине, — и когда она подрастёт, твоя мама сошьёт ей платьица и свяжет шапочку.

Дина прижала куколку к себе, качала её, баюкала, и даже что-то напевала негромко. Подарок ей явно понравился.

— А что надо сказать Петровичу? — спросила у дочки Полина.

— Сиба, сиба, — быстро ответила Дина, и убежала в другую комнату.

— Знаешь ты, Петрович, как девушке угодить, — засмеялась Полина, — по себе знаю.

И она лукаво посмотрела на Петюню, который тоже улыбался, по достоинству оценив работу Петровича.