Невеста с огоньком, или Герцог с дымком

– Я хочу получше узнать своего мужа. Мы даже трапезничаем раздельно!

– Таковы традиции, – буркнул сир Нетфорд. – Будет прискорбно, если, отвлекшись на молодую, желанную жену, Эйд лишится важной части тела.

– За завтраком?

Трудно представлялось, что именно может случайно отрезать себе младший Эквенор, отвлекшись от булочек с маслом.

– За боем на мечах!

Герцог притормозил у графина с водой и жадно выпил половину. Пошел дальше. Я неотрывно следовала за ним. Не столько из упрямства, сколько потому, что уже заблудилась.

– Это мужское крыло. Герцогские покои. Тут вам находиться тоже нельзя, – хмуро уведомил Нетфорд, когда я, замешкавшись, переступила порог очередной комнаты. Варховы небеса! Похоже, что его спальни. – Граф Экарте и впрямь поскупился на ваше воспитание и образование…

– Дома вы говорили, что моих искорок достаточно, – проворчала я, отступая назад.

Но тут же запрыгнула вперед, услышав шумный ташерский говор и звуки шагов.

– Я бы предпочел, чтобы к искоркам прилагался покорный нрав. И хоть какой-то намек на манеры и чувство такта. Чтобы мой брат женился на девушке, достойной рода Эквенор. Не имеющей привычки воровать коней, поджигать гостей и купаться в озере в ночнушке, – отрывисто процедил ташерец. – Но, как вы могли заметить, вариантов было немного. Пришлось наступить себе на горло.

Губы мои опасно дрогнули, но я сдержалась.

Герцог удалился в смежную комнату, а мне до того противно стало находиться в этой, что я уже готова была выйти в окно. Но на нем, как назло, имелись старинные витые решетки.

Нетфорд вернулся через пару минут – в свежей темно-серой рубашке, простом кожаном жилете и черном походном плаще. Удивленно нашел меня у двери. Будто успел забыть о существовании невоспитанной южанки.

– Так п-поберегли бы свое горло! И п-проверили бы… свою н-невесту… чтобы не было ошибки! – швырнула ему в лицо, закусывая губу.

– Да что вы об этом знаете, ланта Эллайна? – прошипел он, склоняясь над моим носом.

– Ничего. Ничего не знаю, – пробормотала обиженно. – Никто ничего не говорит, словно всем память выжгло! А мне, между прочим, туда лезть!

Он шумно вздохнул, оттолкнулся от косяка.

– Садитесь, слушайте. Но спокойствия это вам не добавит.

– Сижу, – прошептала я, опускаясь на скамью у двери.