Некромант на мою голову

Ничего необычного, зато мои любимые. 

— Нашла на что тратить, — посетовала Матильда, увидев, как я прижимаю их к груди. — И в расходы вписывать не советую: льерд такого не оценит. 

— Это будут только мои расходы, — заверила я. 

А насчет того, оценит или не оценит Морр: неужели он будет против букета, который украсит его гостиную или прихожую? 

Но права оказалась Матильда. Морр не оценил.

— Уберите это немедленно! — высказался некромант, только увидев тюльпаны в вазе. — Терпеть не могу цветы! 

Из Академии он вернулся не в лучшем настроении, чем уходил, и, конечно же, первым делом прицепился ко мне и несчастным цветам, которые я всего за минуту до этого поставила на стол, решив, что они красиво дополнят сервировку.

— Хорошо, унесу их к себе, — видя, что Морр не в духе, я решила не препираться и избежать очередного конфликта. 

Я думала, что излишне плохое настроение Морра не перейдет в день завтрашний, но как же ошиблась! Упреки начали сыпаться на меня с самого утра из-за всякой ерунды.

— Уберите немедленно! — его коронная фраза всех последующих дней. 

— Уберите эти бутылки отсюда. Это вам не салон красоты! — касалось все тех же несчастных шампуней и бальзамов. 

Спорить о том, что ванную мы делим на двоих было бессмысленно. Все мои попытки отстоять свое мнение разбивались о стену непонимания.

— Уберите эти газеты! Они же старые! — и не важно, что часть из них вышла только накануне вечером. 

— Уберите эту грязную чашку! — и неважно, что он сам принес ее в кабинет, поставил зачем-то на подоконник и, забыв о ней, позволил на остатках кофейной гущи появиться новой жизни, пушистой и зеленой. 

И так несколько дней подряд. Я уже устала мысленно считать до десяти, прежде чем ответить ему, и едва сдерживалась, чтобы не нагрубить. А еще все больше утверждалась в решении закончить наше сотрудничество после испытательного срока.

— Что-то он совсем разбушевался, — сочувствовала мне раз за разом Матильда. 

— Теперь я понимаю, почему от него сбежал его предыдущий помощник, — вздыхала я. 

— Тот, признаемся, временами филонил и ленился, — отмахнулась Матильда. — Так что сбежал бы он рано или поздно… Но ты же вон как стараешься… 

Я усмехнулась. Ага, стараюсь. Скорее, прогибаюсь.