Ты богиня, детка! или Игры Посейдона

Только ноги не скользили в разные стороны, а то и дело проваливались во влажный пух. В этот момент внутри что-то весело ухало вниз и перехватывало дыхание как на американских горках. Но постепенно я приноровилась к сандалиям Гермеса и уже уверенней разгуливала по облакам.

– Ну как тебе? – спросил Дионис.

– Невероятно! – я была совершенно искренна в своем восторге. – Никогда не думала, что это так здорово!

Эмоции действительно били через край, кружа голову и пьяня похлеще алкоголя. Я развела руки в стороны и, закрыв глаза, начала кружиться…

– Что ты делаешь? – спросил Дионис, смеясь.

– Я летаю, – я тоже смеялась и, набрав в легкие воздуха, крикнула громче: – Я летаю!

Эхо подхватило мой счастливый возглас, унося его в сторону горных вершин. Я же, крутанувшись чуть резче, потеряла равновесие и едва не упала.

– Эй, осторожней! – Дионису удалось удержать меня, и я оказалась в его объятиях.

– Осторожней, – уже без улыбки повторил он, наклоняясь ко мне еще сильнее.

Наши губы оказались совсем близко.

– Наверное, нам пора идти, – торопливо заговорила я в сторону. – Завтра мне уже на учебу, и сегодня надо еще успеть повторить то, что я пропустила за неделю…

– Хорошо, – губы Диониса как бы невзначай скользнули от моего подбородка к шее. – Я провожу тебя…

– Только до ворот, – предупредила я, высвобождаясь из кольца его рук.

– До ворот, так до ворот, – с напускной легкостью отозвался он и, взяв меня за руку, повел к мосту.

На лекцию Кея, как всегда, шла будто на пытку, при этом ощущала себя настоящей мазохисткой: видеть его было больно и радостно одновременно. Иногда я даже ловила себя на ужасающей мысли, что пусть он лучше задирает меня, чем смотрит как на пустое место. А когда он не видел, я украдкой наблюдала за ним. И вновь погружалась воспоминания о том времени, когда мы еще были вместе… Нет, я точно мазохистка…

– Ника!

Я даже не сразу поняла, что Кей обращается ко мне.

–Да? – Не знаю, удалось ли мне при этом сохранить лицо и не выглядеть растерянной размазней.

– Вижу, ты до сих пор продолжаешь летать в облаках, – с сарказмом произнес Кей, сделав особое ударение на двух последних словах.