Миледи попаданка

С учетом того, что сама в фантомном теле сейчас рассекаю эфир над замковым комплексом имею право применить к нему, к духу, такое определение. – Призрак как призрак. Пройдет положенный срок и сможешь его отправить куда положено.

– В смысле, – уставился на меня дух, – сама меня позвала, а теперь прогоняешь?

У меня, чуть, дар речи не пропал от такого наезда, но пересилив шок и вспомнив, что лучшая защита — это нападение, я выступила:

– Ты чего наговариваешь? Когда это я тебя звала? Я тебя знать не знаю…

– Диви Зию звала? – растерянно уточнил у хранителя дух.

– Я же не один раз слышал свое имя… Диви! Пусть родовое название и было искажено, но так и другие, при моей жизни, часто ошибались...

– В том-то и дело что звала, – поддержала она его претензии, – да, ещё напитала светлой силой так, что все ошибки, которые были нажиты, смыло.

– Замечательно, – уцепилась я за её слова, – прими его помощь мне как искупление грехов и веди на перерождение.

– Ты меня не слышишь, – опять гаркнула Эосс и шарахнула молнией мне по… шее.

Ой! Какие знакомые слова и интонации. К чему бы это? Однако задуматься над этим не удалось. Хранитель продолжала вещать: – В нём сейчас столько жизненной силы, что он не пройдёт через арку перехода. Ему лет сто, как минимум, надо развеиваться. Было бы у него тело – он бы поднялся дальше жить...

– Мне пора говорить «упс»? – пролепетала я, представив оживший труп.

– Да хоть все междометия перебери, – вызверилась богиня, – но, где его пристроить – это теперь твоя головная боль.

– Ай-ай-яй, – запричитала я, глядя на грустное лицо парня. Он возвышался надо мной как гора над мышонком. В голову сразу полезли картины, которые я видела на Земле, как атланты держат небо. Можно было бы посмотреть ещё и на грозный лик Всемилостивейшей, но она исчезла по-английски – не прощаясь. Пришлось жаловаться сопящему котенку: – А шпаргалку подкинуть?

– Ну? – буркнул дух с обидой рассматривая мою растерянную душу.

– Не нукай, не запряг, – буркнула я, и, чтобы хоть чуть-чуть прийти в себя, заглянула в сонную мордашку своего фамильяра.

Васька, почувствовав, что мне нужна моральная поддержка, приоткрыл изумрудные глазищи и, лизнув мою призрачную щеку, ласково боднул в скулу.

– Где один прокормится там и двоих прокормить можно, – пришла ко мне мудрая мысль домовенка, сопровождаемая видом донжона.

– Не надо меня кормить, – вмешался в наш диалог нечаянный помощник.