Потерянная. Переплести судьбу

Когда с обязанностями в огороде было покончено, пришло время утреннего мытья. Нужно же, в конце концов, смыть грязь с рук и ног, да и лицо освежить после крепкого сна! Приятная прохладная вода сегодня бодрила как никогда лучше — кожу словно обдавало зарядом энергии, который отгонял прочь сон и придавал силы для новых свершений.

Вытерев лицо мягким махровым полотенцем, я еще раз посмотрела в зеркало и замерла на месте с открытым ртом. Возле раненого ранее виска, где теперь благодаря Виланду не осталось и шрама, свисала абсолютно белая прядь волос! Не седая, как было у Мариэль, а чисто белая, слово перистое облачко! Отложив в сторону полотенце, я стала рукой проверять свои изменившиеся локоны.

Интересно, почему так произошло? Может это из-за пережитых страха и стрессов? Да, наверняка так есть...

С досадой вздохнув, я собрала волосы своей любимой заколкой и пошла к шкафу, где висело приготовленное для новой работы платье.

В столицу конь меня опять вез сам — уж слишком я погрузилась в раздумья насчет предстоящего дня. Какое впечатление я произведу на Виланда? Каков будет мой первый рабочий день в качестве гадалки? Как будет выглядеть мое рабочее место? Кто будет моим первым клиентом? От количества возникших вопросов аж голова шла кругом.

Но больше всего меня почему-то волновал именно первый вопрос... Ведь именно от этого эльфа я почувствовала то, что ощущала ранее, пожалуй, лишь с Мариэль. Безумно хотелось вновь увидеть его и оказаться рядом...

К чему бы это? Я так сильно впечатлилась его дружелюбными действиями? Обычно эльфы весьма высокомерны по отношению к людям, а от него не ощущалось ничего подобного. Скорее наоборот, он словно показался мне родственной душой.

Спокойный неторопливый цокот и сладостные звуки утренней природы сменились множеством голосов и шумов. Сразу видно, что я приехала в столицу. Уже на входе в город во всю кипела жизнь, а уж что говорить про сами улицы. Внеся дневную оплату за стойло, я погладила своего жеребца и пошла по шумным улицам в сторону уже знакомой лавки. С каждым шагом почему-то сердце билось все сильнее, а на душе нарастало волнение.