Суккуб для наследника

Только не с тем, кого, возможно, собираются убить. Чем меньше знаешь о своей жертве, тем лучше. Ненужно думать о нём как о ком-то, кто может думать и чувствовать. Как о ком-то, кого дома ждёт мать и любит так же, как Сальма любила Николь.

Чтобы заткнуть ему рот, чтобы добавить градус к тем лёгким пузырькам, что уже плясали в её в крови, Николь прижалась губами к его губам. Они раскрылись навстречу горячо и жадно. Сухие, горячие, пахнущие свежим алкоголем и возбуждением.

Руки парня жадно сжимаются вокруг её талии, притягивая к себе.

Они продолжают двигаться. Медленно, рядом друг с другом, не размыкая рук, не отрывая губ. У парня кожа под рубашкой тёплая, гладкая, мягкая на ощупь. На мгновение Николь охватывает желание расписаться на этой белизне острыми чёрными когтями, вычерчивая глубокие ссадины. Захотелось увидеть страх в его синих глазах.

– Давай уйдём отсюда? – шепчет блондинчик, зарываясь обеими руками в буйные, огненно-рыжие кудри Николь. – Куда-нибудь, где темноты побольше, а народу – поменьше?

Может быть, он рассчитывал на то, что она откажется, но не тут-то было.

Николь покорно кивнула:

– Давай.

Пока он тянул её к выходу, ей хотелось расплакаться и сбежать, пока ещё не поздно. Пора признать, что вся затея была ни к чёрту и убраться домой. Никудышней из неё демон и – слава богу!

Они протискиваются вперёд, сквозь толку. Блондинчик крепко держит Николь за руку. Вокруг до отвратительного много народу. Каждое случайное прикосновение незнакомцев раздражает, будоражит и без того взвинченные нервы.

Они вошли в длинное тёмное помещение с диванчиками. Всё вокруг в густом дыму, на сей раз не искусственном – вполне натуральном. И на каждом диване по парочке, большинство из которых в шаге от секса прямо здесь, на месте.

Каким-то чудом блондинчик отыскивает свободное место. На губах его играет неприятная ей усмешка:

– Пососёмся?

Вопрос кажется Николь грубым и вульгарным. Но – плевать. Всё, что происходит, не имеет ни малейшего отношения ни к любви, ни к чувствам.

Николь качает головой:

– Не здесь.

– Что так? – вскидывает он бровь.

– Слишком много людей.

Не споря, парень берёт её под руку, и они продолжают идти куда-то дальше.

– Куда ты меня ведёшь? –спрашивает Николь.

Николь не пила, но чувствует себя пьяной и больной, будто выкурила и выпила не меньше её проводника. Голова тяжёлая.

– Туда, где народу меньше, – не оборачиваясь, отвечает он.

Ветер треплет его серебреные, в свете полной луны, волосы.