Глаз бури

- А он тебе нравится, - пытливо заглянула мне в лицо любопытная Омарула.

- Очень, - виновато призналась я.

Та удовлетворенно закивала, мол, так она и думала, так и говорила.

Потом она стала увязывать в большой узел какие-то вещи - посуду, несколько циновок, подушку, что-то еще.

- Пойдем посмотрим, что там с твоим жильем. Там должно быть хорошо, жила неплохая семья - уехали в столицу, когда дети пошли. Чего не сиделось на месте, на острове?

Она подхватила узел, и мы вышли на воздух, наполненный запахом моря, цветов и пением цикад.

- “И в самом деле, как можно по доброй воле уехать из этого рая”, - подумала я, шагая вслед за Омарулой, разглядывая огромный баул, который я и с места сдвинуть не смогла бы, а она подхватила его и несла с легкостью, умудряясь еще и меня развлекать болтовней, рассказывая об острове то, чего я еще не знала.

О том, какие развлечения у местных юношей и девушек, да как сватают невест, после того, как получат благословение короля - я уже знала, что Атару-чи был королем острова.

Так, за разговорами, мы пришли к моему новому дому. Внешне он был неотличим от остальных бунгало. Хозяйка, судя по всему, была эстетствующей особой - хижина была обсажена красивыми белыми цветами, которые словно светились в темноте, а дорожки у дома были выложены гладкими камешками.

- Вот мы и пришли, - объявила Омарула и подтолкнула меня ко входу.

Глава 11

С утра, когда я подошла к школе, Аджаро уже сидел там у входа, подставив лицо утренним лучам солнца и закрыв глаза. Я старалась подходить как можно более неслышно и медленно, чтобы запечатлеть в своей памяти эту восхитительную экзотическую картинку. Он, конечно же, услышал меня или почувствовал особым чутьем охотника. Это для себя я несла себя, как воздушный невесомый зефир, а для него, наверное, топотала, как слон.

- Привет, - поздоровался он, не шевелясь и не меняя позы.

Я потопталась немного и присела рядом с ним, последовав его примеру - прикрыла глаза и стала наслаждаться нежным утренним солнцем. Когда я только очутилась на острове, моя кожа была аристократически-белой. Сейчас же ее покрывал легкий загар. Не глубокий бронзовый, как у местных обитателей, а золотисто-карамельный. Мои рыжие волосы немного выгорели и в них появились совсем светлые прядки.