Воздушный атташе

— А представь, если у тебя появляется практически бесплатная сила, способная навести порядок в городе? Маги просят много денег, их содержание дорого, да и не хватает их на все. Ты же видела боевиков и некромантов, единицы из нас служат хотя бы до сорока государству, уже после тридцати предпочитая уходить на вольные хлеба, а то и совсем бросать магию. Слишком нервно и небезопасно. А измененных никто не спрашивает, напротив — приказ отдал и спи спокойно.

— Оно и видно, как все «спокойно» спят, — кивнула я на людей, спешно заколачивающих окна.

— Как обычно, хотели как лучше.

Я с уважением посмотрела на Эдриана, все же в нем чувствовался настоящий военный и патриот. Другой бы ругал своего короля и правительство, проходясь заодно и по всем их родственникам, а Эд же честно старался их оправдать.

Мы шли по улицам, и я рассказала Эду про Рэма с Санти, чтобы немного успокоить относительно вампирских родственников. Про вторую встречу с Морисом и его столь необходимую тогда помощь, про курьерскую доставку, собравшуюся в «Сове» почти в полном составе.

И резко осеклась, когда до посольства Вилара в Ровене осталась буквально пара улиц. Днем оживленных, с ресторанчиками, магазинами и разными конторами. А сейчас, поздним вечером, практически вымерших.

— Эд, — тихо начала я, замедляя шаг. — У меня две новости: хорошая и плохая.

— Начни с хорошей. — Мой спутник тоже почувствовал что-то неладное и призвал магию, начав нанизывать заклинания на пальцы.

— Кажется, я знаю, где измененные. Это хорошая, — пояснила я.

— Дай угадаю плохую: они здесь, — понял Эд, успевший набрать десять заклинаний из десяти.

Война отточила его и без того отличные навыки.

Опасность ощущалась кожей, а присутствие вампирских созданий — на каком-то глубинном уровне, который я пока не могла себе объяснить.

Мы шли с Эдрианом медленно, то и дело разворачиваясь. Какие-то две улицы до посольства…

Я не успела разглядеть тварь.

Быстрые, ловкие, чувствующие магию и умеющие уходить от нее. Хорошо, если каждое второе заклинание попадало в цель. Я била чуть точнее, потому что лучше чувствовала измененных, успевала отследить их перемещения или хотя бы отчасти предугадать.