Связанные одной целью.

Посмотрела на себя и мне стало совсем плохо, на её фоне я выглядела случайно проходящей мимо, мелкой и бледной. Да, я красивая, как говорила мама, на что я всегда хмыкала и говорила, что моя красота в банковском счету, вернее, в сумме, которая составляет приданное. На что близкие только качали головой.

Лицо напоминало сердечко, небольшой носик и покатый лоб. Высокий, а не покатый, утверждала мама, но кто слушает матерей? Старалась его прятать, за локонами волос, что ещё больше уменьшало моё лицо. Вот глаза мне нравились, цвета молодой зелени по весне.

— Ваша светлость, — она присела в книксене.

— Сходите за чаем и попросите прийти другую девушку, — обернувшись к ней лицом, отдала приказ.

Тут раздался ещё один стук в дверь, вошла вторая служанка и недоумённо застыла. Девушка смутилась и извинившись хотела уйти.

— Подождите, — окликнула, останавливая, — почему вы пришли?

— Простите Ваша Светлость, но дворецкий назначил меня в ваши горничные, — потупив взгляд ответила она.

— Тогда почему пришли вы? – спросила у первой девушки.

— Услышала вызов и пошла, — пожала небрежно плечами, словно сбрасывая груз, — схожу за чаем.

Присела в книксене, и не спрашивая разрешения, покинула комнату. Меня взбесила её наглость, но я сдержанно улыбнулась горничной: — Интересные у вас порядки. Как зовут?

— Яра, Ваша светлость.

— Леди Рина, мне так привычнее, — ответила ей и попросила, — помоги снять платье.

Она молча начала делать свою работу, помогая снять мой подвенечный наряд. Справившись, показала ванную комнату.

— На ванну с пеной у меня не осталось времени, — вздохнув, — схожу в душ, освежусь. Мне оставили дорожное платье, приготовь.

Встав под струи воды, смогла немного расслабиться и уже на выходе из комнаты услышала вскрик моей служанки и звон посуды. Разложенное на кушетке платье оказалось залито чаем.

Прикрыв глаза, очистила платье и посмотрела на девушек.

— Что случилось? Яра?

— Рада разлила чай, — тихо ответила она.

Довольное лицо выдало последнюю. Улыбнулась, посмотрев, как на мелких паразитов, которых так любила убивать пачками во время практики.

— Умнее надо быть, — сказала, покачав головой, — уволена.

Девушка, всхлипнув, выбежала.