Не бесите боевых грифонов, или любовь на краю света

Договариваться бесполезно. Слетаю в столицу, попрошу у Альфреда бумагу, дающую мне право заниматься…

Меня тут же догнали, остановили и развернули к себе.

– Простите, – Ролан склонился над моей рукой, аккуратно коснувшись губами кончиков пальцев. – Ну, простите меня… Джо. Право слово. Я просто иронизировал. Боюсь, что от недостатка практики не совсем удачно.

Я окончательно разозлилась. Теперь на себя. Потому что мне нравились его прикосновения! В момент, когда этот невозможный человек коснулся меня, обжигающая, сладкая волна неги окатила с ног до головы! Дрожь пробежала по телу… Это что ещё за чушь?!

– Отпустите Джо! – раздался рядом возмущенный голос Ули.

– Немедленно!

– Она ни в чём не виновата… Не имеете права! – пискнула Ришка – смелый, бесстрашный воробушек…

Ролан жестом отпустил гвардейца, сопровождающего «гостей», и повернулся к Уле:

– Милая барышня. Хочу предложить всем нам сначала поужинать, а потом уже... В общем, потом разберёмся и с требованиями, – Ролан поклонился детям, – и, – лёгкий поклон в мою сторону, – с просьбами.

Я рад быть гостеприимным и заботливым хозяином для вас и… вашего птаха.

Колокольчик оказался самым хладнокровным из всех – он никак не отреагировал на мерзкий тон вельможи. Я шагнула к нему, потрепала по перьям на голове и прошептала:

– Ты самый лучший!

– Стремительный, из одного гнезда с Верным, – раздался за моей спиной голос Ролана, и… его руки легли мне на плечи. – Лучшие из лучших.

– Вот тут я с вами совершенно согласна, – ответила, уткнувшись лицом в перья птаха, только бы мужчина не заметил мои пылающие щёки…

– Вы поймите, Джо.

С ними так нельзя! Это же не игрушка. Не плюшевый мишка, не котёнок, в конце-то концов! Послушание должно быть абсолютным. Вы должны быть безоговорочным лидером в паре – это вопрос безопасности! Подобные нежности…

– Ролан, – я обернулась к монсеньору и внимательно, без гнева, посмотрела в его глаза.

Я не сердилась, потому что… Потому что этот мужчина искренне верил в то, о чём говорил. А ещё он любит грифонов.

Это… Это чувствовалось. Любит. По-своему.

– Джо, услышьте меня, – Ролан взял мои ладони в свои. – Стремительный…

– Нет. Это вы меня услышьте. Пожалуйста. Нет Стремительного, Ролан. Он погиб. Дважды. В первый раз вместе с хозяином, в тот самый миг, когда не уберёг. А потом в королевских конюшнях, когда вы отдали приказ на его ликвидацию. Стремительного нет. Он уже не вернётся. Никогда. А Колокольчик… Колокольчик – МОЙ грифон. Ясно вам? МОЙ.