Веятари

- Но ведь веятэ хорошо зарабатывают, - растерянно заметила мама.

- Сильные веятэ – да. Сеши была бездарной, - ответил я ей. – Она боялась сражаться, не умела управлять магией и от атари это не зависело.

- И поэтому она тебя прогнала? – отец мне явно не поверил.

- Я никогда ей не нравился, - я пожал плечами. – Она хотела того, с кем можно вообще не работать. Собственно, поэтому она и ославила меня напоследок худшим атари в мире. После ее заявления ни одна веятэ со мной бы не связалась.

- Но ведь сейчас ты с кем-то работаешь? – осторожно спросила мама.

Я молча кивнул.

- Нашлась веятэ, которая не побоялась рискнуть? – отец изогнул бровь.

- У нее не было выбора. Как, впрочем, и у меня в тот момент. Моя веятэ – безродная, и ни один атари не хотел с ней работать.

Матушка взглянула на отца, который нахмурился – но и только. И даже голос его звучал ровно, когда он спросил:

- Она хоть что-то умеет, как веятэ?

Мне стоило определенных усилий подавить вспышку раздражения. Хоть что-то? Да Лисса – самая сильная из ныне живущих веятэ! Но, разумеется, отец нигде не мог это узнать, поэтому глупо злиться.

- Меньше чем за год мы добрались до первой половины рейтинга сотни лучших, - я пожал плечами.

- И какая команда не побоялась пригласить к себе безродную? – отец не унимался.

- Никакая. Мы работаем вдвоем, - я посмотрел на него.

Удивления он сдержать не сумел, и в какой-то мере я почувствовал удовлетворение. Да, моя Лисса умеет удивлять.

- Так ты… доволен своей веятэ? – не слишком уверенно предположила матушка.

Да, у них были причины сомневаться. Они знали лишь благородных веятэ, капризных, самолюбивых, ни во что не ставящих своих атари. Мы привыкли терпеть такое отношение от моу, но пренебрежение простолюдинки, уйти от которой невозможно, чтобы не потерять саму возможность быть атари – сложное испытание. И мои родители это понимали. Но, к счастью, мне не пришлось проходить через подобное.

Более того, именно Лисса показала мне, какими должны быть отношения между веятэ и атари.

- Доволен, - согласился я, чуть подумал и признался: - Я люблю ее.

Мои слова были встречены тяжелым молчанием. Запрет на любовные отношения атари и веятэ никуда не делся, и нарушивший его обрекал себя на муки. Об этом мои родители и думали сейчас, глядя на меня едва ли не с жалостью.

Возможно, мне стоило поговорить об этом с матушкой без отца, но он достаточно ровно отреагировал на новости, и я счел, что не стоит от него это скрывать.

- Сын, - он нахмурился.