Веятари

От страшной боли сознание помутилось, и в голове билась одна единственная мысль – это все? Я сейчас умру?

Веятэ порой гибли в когтях телар, но я никогда не думала, что и меня ждет подобная участь.

- Лисса! – сквозь боль и отнимающую сознание темноту услышала я знакомый, полный отчаяния голос.

Лиар? Откуда он здесь? Может, это предсмертное видение?

Но в следующий миг меня подхватила волна магии.

Он все-таки здесь. А значит, я уничтожу телара.

В тот момент мне почему-то не пришло в голову, что я могу вылечить себя.

Слишком много боли, слишком много отчаяния, на грани потери сознания – все, на что меня хватило, это собрать магию и вложить ее в один-единственный удар.

И телар, отвлекшийся на атари, пропустил его.

Я еще увидела, как скручивается монстр в сферу, а затем окончательно потеряла сознание.

Придя в себя, первое, что я почувствовала – это удивление. Я жива? Меня не растерзал телар, а появление Лиара не было попыткой подсознания облегчить мне муки умирания? Это казалось чудом, чем-то невероятным.

Он ведь ушел выбирать другую веятэ, как он мог очутиться там, где мне нужна была его помощь? Зачем он вернулся – и как нашел меня?

Столько вопросов, и на их фоне – чистая, незамутненная радость. Я все-таки выжила! Ведь уже попрощалась с жизнью, но телара больше нет, а я – есть! Это ли не счастье?

Но, попытавшись открыть глаза, я едва удержалась от стона. Правая половина лица пульсировала болью, а глаз так и вовсе не открывался. Да и тело болело – не так сильно, как в момент ранения, но все же довольно неприятно.

А магии не было.

И это пугало.

С трудом, открыв один глаз, я поднялась и огляделась. Моя комната, и Лиар здесь – спит на кресле рядом с моей кроватью. На сердце потеплело: все же вернулся, принес меня домой, сидел у кровати, пока я была без сознания… Должно быть, всю ночь не спал, если уснул в таком неудобном положении.

Аккуратно, чтобы не разбудить утомленного атари, я встала с постели и поплелась в душ. Лиар снял с меня верхнюю одежду и даже обработал раны, как смог, но вокруг рубцов запеклась кровь, которую следовало смыть.

Да и глаз не открывался наверняка из-за крови.

Нет, не из-за нее.

Его просто не было.

Я в немом ужасе смотрела в зеркало, не узнавая свое отражение. Левая половина не пострадала, а справа…

Три багровые полосы перечеркнули щеку от лба до подбородка, через глазницу, где вместо глаза теперь алело кровавое месиво. Кожа в багровых разводах вокруг рваных ран воспалилась, уродуя меня еще сильнее.