Василиски тоже маги

Почему? За что? Не знаю, но это так.

Раньше бы я посчитала это комплиментом. Но не сейчас, когда столкнулась с жестокой реальностью неадекватности и похоти.

После встречи со Сламом и нашим непонятным разговором – прелюдией к схватке, меня немного трясло. Я знала и видела на что способен этот камень. Он был безжалостным даже в дружеских схватках, на занятиях никто из Академии не решался противостоять горгулье. Не знаю, то ли дело в его родословной, то ли в том, что ему плеват, как добиваться своего и быть победителем.

Уснуть так и не удалось. Я все время вспоминала то Слама, то желание нимф прийти к Хадору этой ночью. Почему я так переживала по последнему поводу, было непонятно. Точнее, понятно, но я так и не хотела принять этот факт за действительность. Я была вредной, даже наедине с собой и своими мыслями.

Посмотрела на часы. Три утра. Прекрасно. Глубоко вздохнув, я закрыла глаза, но так и не смогла отрубиться. Это было плохо. Резко сев на кровати и, смирившись с тем, что сегодня поспать не удастся, я переоделась и решила прогуляться по лесу.

Друзья драконов продолжали молчать, разбойники не появлялись и заняться особо было нечем.

Накинув на плечи плащ, я завязала волосы в тугой хвост на макушке и покинула дом Велласа. Что странно хозяин и его друг последние дни пропадали неизвестно где практически бросив нас на утехи нимф и их же защиту.

Небо было затянуто тяжелыми тучами, перекрывающими вид на звезды. Жаль, мне это больше всего нравилось в ночных прогулках – смотреть на яркие звезды и думать о жизни. Я тут такими темпами философом скоро стану.

Все животные уже давно спали и не обращали на меня никакого внимания. Их больше интересовал сон или полное уединение в этот отрезок времени.

За эти дни у меня появилось любимое место, о котором мало кто знал и где я могла спрятаться, побыть в тишине и просто отдохнуть от постоянных разборок парней, когда они мерились своими достижениями и другими выдающимися качествами. Волшебные мужчины, что с них взять...

Сегодняшняя прогулка была такой же обычной, как и последние пять дней моей жизни в заповеднике – спокойная, ожидаемая и простая.

И именно за это я ее любила.