Отголоски Прошлого: Алекс Кроу

— Ваше сиятельство, могу ли я войти? — послышался голос из-за двери.

— Входи, Бернард, — недовольно ответил Мелес.

Бернард, его преданный и умный дворецкий, вошел и с уважением поклонился:

— Прошу прощения, что прервал ваш отдых, но у нас появился еще один превосходный экземпляр.

Графу было не по душе, когда его отвлекали во время его интимных удовольствий. Однако такие новости, несомненно, приносили радость. Если Бернард привел это на его суд, значит предстояла ночь наслаждений.

— Отличная работа! Сегодня можешь выбрать себе девушку на свой вкус! — Мелес знал, как вознаградить своих слуг за верную службу.

— Ваша благость не имеет границ, — Бернард вновь поклонился.

— Хватит этого, проведи меня к ней! — Как только граф встал, девушка, на которой он сидел, рухнула на пол без сил. — Негодяйка! Разве я разрешил тебе отдохнуть?

Граф, пылая яростью, начал пинать девушку, и после нескольких ударов твердого сапога в ее бок, несчастную вырвало. Это только еще больше раззадорило Мелеса, и он нанес ей удар в лицо сломав девушке нос.

— Взгляни на свою грязь! — буркнул он, ударив ее. — Ты запятнала мой чистый пол! — он нанес еще один удар. — Приберись за собой, прежде чем я вернусь!

Выплеснув свою ярость, Мелес последовал за Бернардом в катакомбы поместья, где в камерах, более напоминающих тюрьму, была его тайная коллекция. В этих темных и сырых коридорах Мелеса ждала новая игрушка, новый объект для его извращенных удовольствий.

Пройдя по коридору, они остановились у двери, за которой располагалась комната.

В ее углу, обняв колени, сидела девушка. Отрешенный и пустой взор отражал безнадежность, отчаяние пронзало каждую черту лица, что только усиливало восторг Мелеса. Подходя к ней, высокий и широкоплечий граф, своей фигурой создавал тень над ее хрупким телом. Светлые волосы, блестящие как спелая пшеница, зеленые глаза цвета чистейшего изумруда и изящные черты лица достойные высокородных дам - выбор Бернарда оказался весьма удачным. Мелес уже предвкушал наслаждение, ожидающее его этой ночью.

— Бернард, превосходно! Пусть ее отмоют и приведут ко мне! — сказал граф, с блеском в глазах и широкой улыбкой. — И позаботься о том, чтобы никто не смел нас беспокоить!

— Ваше сиятельство, будет исполнено, — отвечал Бернард, исполняя приказ.

Граф возвратился в свои апартаменты. Внутри царила тишина и порядок, не нарушенные ни единой живой душой, что было обычной практикой, когда он занимался своими утехами. Спустя время, Бернард привел девушку.