Как ко мне сватался Ветер

Раз, два, три – и вот он уже рядом, тянется, чтобы схватить за волосы, оторвать голову от тела и наступить сапогом…

Я завизжала, зажмурилась, слепо пытаясь нащупать под платьем нож.

- Не прикасайся ко мне!

- А это что ещё такое? – заинтересованно хмыкнул Ветер.

Я открыла глаза, чтобы тут же отпрянуть и удариться затылком: он наклонился близко-близко, я могла ощущать его дыхание на мгновенно вспыхнувших щеках. Ни один мужчина ещё не был ко мне так бесстыдно близко! Разве что… нет-нет, то лишь друг. А Ветер… Ветер – жених.

Но будь я проклята, если позволю ему свершить то, что должно мужу!

Я закусила губу и потянула юбку вверх – стиснуть спасительную рукоять. Не успела.

Толстый кожаный переплёт стукнул об пол – книга, придерживаемая мужчиной, выскользнула и упала. Ветер подхватил меня под ягодицы, приподнял и придавил к стене. Я трепыхалась, пытаясь вырваться, но он лишь теснее прижался бёдрами, не давая шевельнуться. Смуглая жилистая рука скользнула под подол, сноровисто задирая его, погладила обнажённую кожу.

И нашарила нож прежде, чем это успела сделать я.

Выхватив оружие, жених отступил, позволяя мне неуклюже плюхнуться вниз. Он не злорадствовал, но и не сочувствовал тому, как сильно я ушиблась и как позорно распласталась перед ним.

Лишь язвительно протянул:

- Ну-ну. С переездом, любимая. Располагайся.

И вышел из комнаты, оставив меня захлёбываться слезами обиды и унижения.

Вышел… Оставил одну, без присмотра, и не запер! Слёзы мгновенно высохли, я на четвереньках перебежала к двери, не заботясь о том, что испачкаю белоснежный свадебный наряд, вышитый матерью, прижалась ухом к дереву.

Снаружи кто-то возился и пыхтел, но я всё же рискнула выглянуть в щёлочку. Полоску света тут же накрыла чья-то тень, и я, подавив вскрик, захлопнула дверь, пожалев, что нечем замкнуться изнутри. Что ж, это не единственный выход.

Я вскочила, подхватывая и комкая юбки, и бросилась к окну, через которое влетел сюда монстр с добычей.

Удача! Не окно, а настоящие ворота разделяли комнату и террасу, укрытую занавесками вьюнка.

Я поскорее распахнула нижние створки и выскочила на балкон. От яркого света снова потекли слёзы. Воздух здесь, в горах, чист и прозрачен, аж больно дышать. Дома такое случалось разве что в лютый мороз. Но здесь зеленел плющ, розовели нежные бутоны цветов на нём: лето, хоть и совсем не такое, как в Предгорье. Справа и слева возвышались громадины гор. Их вершины белели снегом.