Как ко мне сватался Ветер

Мог бы пройти вслепую, не запнувшись: протиснуться меж колокольней и старой развалюхой близ площади, обогнуть рынок, пригнувшись, перебежать запущенный огород старой Даны, засаживающей его каждый сезон лишь для того, чтобы городничий не отдал землю под лавки, бегом по узкой пыльной улочке, налево – и… Он не был у Тиссы уже лет пять, не меньше. С тех самых пор, как девочка лишилась отца, а богатый дом превратился в покосившуюся хибарку. Но помнил. Первую голубоглазую любовь никогда не забывают. Даже если её не пускают к друзьям.

Однако сегодня Рою тоже не суждено было пройти памятным путём. Потому что неподалёку от рынка до него донёсся голос. Этот голос многажды гнал его со двора, уверял, что Тиссы нет дома или что подруга не хочет его видеть. Рой не верил, конечно же. Но обойти строгую мать так и не сумел. Да и пытался недостаточно рьяно, если по-честному. Тосковать по невесте Ветра – что может быть глупее?

- Я дочери лишилась на рассвете, а ты мне цену скинуть не можешь? – возмущался высокий голос.

- Знаю я, какой откуп тебе за неё выплатили! Небось сама же дитёнка и сговорила! – отбрехивалась торговка.

- Тётя Ара? – растерянно окликнул Рой.

Ей бы, повязав под подбородком траурную синюю ленту, заливаться слезами! Но вместо того женщина стояла у лотка с мясными деликатесами и требовала скидку.

Невысокая молодящаяся женщина на мгновение прижала локтем тугой кошель на поясе, но, опознав парня, успокоилась.

- Мальчик мой! – Ара распахнула объятия, но Рой сделал вид, что не понял жеста. – Горе-то какое! Слыхал, что сделалось?

«Неужто правда удивлена?» - мелькнуло в пшеничной голове.

Да куда там! Всё Предгорье знало, что Тиссу отметил господин. Родная мать вышивала свадебный наряд. Что ж делать вид, будто случившееся – неожиданность? Но Ара делала. Заламывала руки, причитала, собирая вокруг себя благодарных поддакивающих зрителей. И сочувственные ахи собирала, конечно же. Соболезнования и предложения «если надо, подсобим…», «не стесняйся, всегда приходи», «твоя кровиночка всех нас спасла».

И только Рой замечал нечто неправильное в согласных стенаниях толпы. В том, как складно палачи играли роли осуждённых.

- Да примет небо её душу!

- Умничка девочка, себя не пожалела!

- Только хорошая мать могла такую героиню вырастить!

Прониклась и упрямая торговка:

- Ну ладно, - нехотя пробурчала она, - бери за полцены. Ради Тиссы…

Рой не выдержал.

- Заткнитесь! Заткнитесь, вы все! – прокричал он, замахиваясь на Ару, но сдерживаясь в последний миг.