Заноза для ректора-дракона

— Подойди ближе, Маргарита.

Нервно сглотнув, ступаю аккуратно по деревянному полу. Иду медленно, будто бы ноги сами не хотят, чтобы я подходила ближе.

— Рита, Рита, Рита, — бубнит директор, открыв папку, что принес Дитрих. — Девочка, которая попала сюда по ошибке.

— Вы тоже об этом знаете? — пищу я на выдохе.

— Ну, конечно, я обо всем знаю! — возражает мужчина, не отрываясь от папки. — Вот только странно, что ты переместилась в этом году, а не в прошлом.

— В плане?

Филипп отрывает глаза от папки и внимательно оглядывает меня.

— Ты должна была поступить к нам в прошлом году, но почему-то, Кролеон не смог тебя найти.

— Кролеон? — восклицаю я, совершенно не понимая, о чем идет речь.

— Да. Это специально обученные ведьмаки, которые перемещаются на землю и по магическим спискам ищут студентов, что выбрал Совет Магии.

— Совет Магии? — переспрашивая, мне кажется, что выгляжу как идиотка.

— Да, Совет Магии — это структура организации упорядочивания граждан с магическими способностями. У них много подразделений. Одно из них ищет одаренных ведьм, которым стоит поучиться контролировать свои силы. Списки составляются еще при рождении таких детей, а после с наступлением совершеннолетия их призывают на обучение.

— Впервые о таком слышу, — бубню под нос себе.

Директор улыбается.

— Мне лишь странно одно, почему именно сейчас?

— Что сейчас?

— Именно сейчас тебя смогли найти.

Смотрю испуганно на Дитриха, потому что не понимаю, о чем идет речь.

— У нее стоит печать, которая блокирует ее силу.

— А! — восклицает Филипп. — Печать Хари́.

— Хари́? — переспрашиваю я.

— Это очень сложный механизм. Нам стоит понять, почему эту печать поставили именно на тебя.

— На меня?

— Филипп, но у нас нет времени. Она может лопнуть в любой момент, — говорит Дитрих, а у меня коленки трясутся от всего услышанного.

— И пускай, — спокойно отвечает Филипп. — У нас все равно будет немного времени до того, как сила разорвет студентку на мелкие кусочки.

— Разорвет? — спрашиваю писклявым голосом.

— Сколько? День? Два? — противится Дитрих, а я не понимаю, что тут происходит.

— Несколько недель. Но нужно уже сейчас понять, кто ей поставил эту печать, зачем и почему об этом нет ничего в документах?

— Ты же понимаешь, что будет скандал?

Филипп замолкает.

— Это я улажу сам.