Наследники Шамаша 1. Тени и пыль

Веселье на время успокоило её горечь, о страхах быть возвращённой герцогу и быть заточенной в какой-нибудь из башен на веки вечные она позабыла.

По началу от голода засосало под ложечкой, а после голод стал головной болью. Ишмерай пришлось заехать в крупную деревеньку. Она не раз проезжала мимо неё вместе с Марцеллом, когда возвращалась из Сильвана домой. Девушка обогрелась на одном из постоялых дворов, поела горячего супа и взяла с собой еду.

Через час она продолжила путешествие.

«Что я делаю здесь, в этой глуши, совсем одна? – горько думала она.

– Как оказалась в таком дурацком положении? Впервые в жизни зимние праздники я встречу в одиночестве, где-то в дороге, борясь с вьюгой и метелью. Но я должна добраться до пригорода Тиры, там я куплю ещё еды и корма для коня. Как только выеду за границу Карнеоласа, воздух станет теплее. И чем южнее я буду ехать, тем приветливее будет зима»

Она вытащила из сумки припасённую еду и пригоршню овса для своего нового друга.

— Поди сюда, мой хороший! — он приблизил к ней свою умную морду, и девушка угостила его овсом.

– Вкусно? На-ка ещё.

Она гладила его и улыбалась, всем надрывающимся сердцем вдруг потянувшись к своему беззлобному и красивому спутнику.

— Если я назову тебя Ремират? – пробормотала она, уткнувшись лицом в его морду. – Нравится?

Конь тихонько вздохнул, что-то пробурчав, и девушка решила, что то был неплохой знак.

— Потерпи. Как только мы доберёмся до Кибельмиды, тебя угостят до того вкусным овсом! Вот увидишь, нам с тобой будет весело в Кибельмиде! Но для начала мы остановимся в пригороде Тиры.

Ишмерай любила путешествовать и нисколько не боялась дремучих лесов, безбрежных просторов безлюдья и воющих ветров. Она не раз выезжала за пределы Эридана или Селенара одна, за что Марцелл ругал её. А барышня лишь смеялась над его страхами и продолжала гневить верного герцогского слугу дерзостью и непослушанием.

«Не беспокойся, Марцелл, — подумала она, снова пригорюнившись. – Более тебе не придётся испытывать на себе мою вздорность.

Я навлекла на себя позор, отец не простит меня. Герцог не имеет права такого прощать. Береги Атанаис».

Поглощая свой ледяной завтрак, Ишмерай снова погрузилась в безрадостные мысли. Она не представляла, согласится ли дедушка Бейн оплачивать её обучение. Если он соблаговолит помочь ей, он снимет гору с её плеч, если нет – ей придётся ужать свои расходы и работать, чтобы прокормиться.

«Я всегда пыталась чего-то добиться сама, — думала девушка.