Наследники Шамаша 1. Тени и пыль

– Имеете ли вы уже на примете такую девушку?

— Может быть, — уклончиво ответил принц, заинтриговав непременно всю герцогскую семью, кроме тринадцатилетнего Гаспара, который высокомерно заявил:

— Я никогда не женюсь!

— Вот же новость! – воскликнула Акме. – С чего бы?

— Все самые красивые и чудесные девушки уже заняты, — ответил мальчик. – Это ты, матушка, и ты, Атанаис. Лучше девушек мне не сыскать.

Все засмеялись.

— Еще как женишься, — ответила Атанаис. – Когда ты станешь герцогом, тебе будет необходим наследник.

— Меня же ты, братец, решил не упоминать, — фыркнула Ишмерай.

— Ты сущий кошмар, сестра, — высокомерно заявил Гаспар. – Не представляю, кто захочет жениться на тебе. Такой сложный характер!

— Гаспар! – строгим хором воскликнули Атанаис, Акме и Гаральд.

— Ах ты, паршивец! – рявкнула та, у которой и без того в груди скребли кошки.

— Гаспар… — грозно, но негромко сказала герцогиня. – Поднимись и иди в свою комнату. Не выйдешь оттуда до вечера.

— Но что я такого сказал?! – обиженно воскликнул мальчик. – Я сказал правду!

— Ты сказал глупость, — отчеканил герцог. — Марш!

И мальчик поплёлся вон, понурив голову и упрямо сдвинув брови к переносице.

Впервые в жизни Ишмерай восприняла слова брата близко к сердцу, и ей стало горько. Но она не могла понять, что более всего разволновало её – слова брата или заявление Марка о том, что он, быть может, возьмёт в жену какую-то незнакомую девицу.

Девушка извинилась, поднялась из-за стола, взяла из комнаты тёплый плащ и вышла в парк, чтобы вдохнуть свежего воздуха и в безмятежности этого тихого декабрьского дня унять свои волнения и слезы.

«Так странно… — думала она, загребая руками снег, лепя снежки и досадливо их отбрасывая. – Я буду два года корпеть над книгами в Сильване, читать лекции, а Марк, тем временем, будет представлять всему карнеоласскому двору свою невесту. Не понимаю, где он успел её отыскать? Как где?! Разумеется, в Кеосе! Или в Тире.

Внезапно Ишмерай представила Марка, такого статного, темноволосого, в светлом праздничном колете, а рядом с ним незнакомую девицу в пышном белом наряде с вуалью, расшитой жемчугом и драгоценностями. Они вдвоём стоят у алтаря и произносят священные клятвы. От этих мыслей у Ишмерай жалобно ухнуло сердце.

Она долго бродила по заснеженному парку, пока не замёрзла окончательно.