Наследники Шамаша 1. Тени и пыль

– Оставаясь здесь, мы подвергаем опасности всех обитателей Кишара. Не знаю, насколько эти твари умные, но они могут окончательно отрезать нас от внешнего мира. Я не знаю, каковы будут последствия нашего возвращения в Атию без разрешения Гаральда Алистера, но, боюсь, последствия будут самые печальные, если мы останемся здесь.

— Утром я поговорю с Атанаис, — сказал Марцелл. – Она должна дать на это согласие. Она всегда гораздо серьёзнее относилась к приказам герцога, чем Ишмерай.

— Она гораздо серьёзнее относится ко всему, — ввернул Сагдиард.

— Атанаис разумная барышня, она понимает все, что происходит здесь и за пределами Кишара, — сказал Амиль. – В ней сильнее развито чувство долга. А вот Ишмерай меня тревожит. Она смышлёная, хитрая, напоминает мне короля Арнила. Но она такая же импульсивная, как он. Сначала делает, только потом думает, да и то не слишком долго.

— Ишмерай очень смелая девочка, — вздохнул Марцелл. – Но ещё она очень добрая. Я наблюдаю за ней с тех пор, как ей исполнилось три года.

— А мне жаль, что меня угораздило работать на Рианоров, за которыми идёт эта свора, — фыркнул Сагдиард.

— Я думал, ты влюблён в сударыню Атанаис! – усмехнулся Амиль.

— Атанаис – самая прекрасная девушка, но она себе на уме. К тому же, я никогда не забываю, из какой она семьи. Не хочу герцога Атии в тести. Нужно быть безмозглым, чтобы захотеть.

Ишмерай почувствовала, как все её нутро закипело от злости.

«Ну ты у меня ещё попляшешь, сволочь!» — стиснув зубы, подумала она.

— Вернувшись в Атию, мы приведём с собой весь этот кунабульский бестиарий, — заметил Амиль. – Но сначала через Крысятник мы попадём в нодримский Брок. Они пойдут за нами и туда. Мы подвергаем опасности эти земли.

— В Атии и Броке сейчас тоже находятся Рианоры. Мы не сильно ухудшим и без того плохую ситуацию.

— Да, но кучкуются они именно рядом с Кишаром, — заметил Сагдиард. – Что такого в Атанаис и Ишмерай, что они магнитом их к себе притягивают?

— Они идут за силой, которая угрожает им, — ответил Амиль.

— Какая сила может быть у этих барышень? – усмехнулся Сагдирд. – Сколько им? Одной шестнадцать, второй восемнадцать?

— Такая же, как у Акме Рин, — ответил Амиль. – Ей было восемнадцать, когда она стояла посреди Кунабулы и задерживала полчище кунабульских демонов своим огнём. Сила эта была невероятна.