Наследники Шамаша 1. Тени и пыль

– Чему я научусь у вас?

Она вновь подлетела к нему, обрушила на него всю лютую обиду своего удара, но он больно схватил её за локоть, не рассчитав силу, едва не вывихнул ей руку, и отшвырнул, будто тряпичную куклу. Вся перепачканная, с разметавшимися по плечам разлохмаченными волосами, пылающая румянцем гнева, потрясённая его грубостью, Ишмерай пыталась отдышаться, но ярость отравляла ей воздух и туманила голову.

— Прекратите немедленно! – гневно вскричала Атанаис.

Ишмерай кошкой прохаживалась вокруг него, размышляя, куда бы ударить, и заранее зная, что никогда не победит – он был гораздо выше, сильнее, искуснее и опытнее.

Бок снова нещадно болел.

— Прекратить это безумие! – увещевала сестру Атанаис с беспокойно сложенными ладошками у груди. – Ничем хорошим это не кончится!

— Ваша сестрица, барышня Ишмерай, правду говорит, — тихо и ядовито прошептал Сагдиард с видом бесконечного превосходства. – Разумеется, я могу вспомнить о том, что вы дочь герцога, и поддаться вам.

Но вас не устроит. Вам никогда не победить меня в честном бою. Продолжим наши занятия или вовсе разойдёмся.

— Вы, что же, боитесь проиграть мне, господин Сагдиард? – фыркнула Ишмерай, зная, что ей поможет лишь чудо.

— Я боюсь не вас, а за вас. Герцог лишит меня головы, если на вашей коже появится хоть одна царапина. Тем более от моей руки.

— Я освобождаю вас от какой-либо ответственности, господин Сагдиард. Сражайтесь в полную силу.

Ему опостылели эти разговоры и крадущиеся движения, он сделал выпад.

Ишмерай ловко увернулась, отпрыгнула в сторону, прыгнула к нему, сделала ложный выпад, едва не достала его и за свою хитрость была сбита с ног. Сагдиард не церемонился, поэтому не стал смягчать её падения. Рухнув на спину, она крепко ударилась затылком, перед глазами замерцали звёздочки.

Атанаис ахнула. Сагдиард на этот раз нахмурился и поторопился к Ишмерай, которая подумала, что он продолжает поединок, отшатнулась от него, схватила меч и направила на него, не в силах им размахивать, но ещё находя в себе силы царапаться и кусаться.

— Иди к черту! – рыкнула она, не опуская меча.

— Что за ребячество?.. – воскликнул Сагдиард, но товарищи, покрывая его упрёками, отпихнули его от девушки.

— В чем дело? – пробасил вернувшийся Марцелл.

Толпа расступилась, и он увидел грязную, взъерошенную воспитанницу с мечом, направленным на Сагдиарда, и его несколько растерянное, но не такое уж и виноватое лицо.