Наследники Шамаша 1. Тени и пыль

Здесь достаточно атийцев, чтобы справиться с двумя-тремя кунабульскими выродками. В крепости есть длинный потайной коридор, который ведёт в каменный туннель. Он выведет вас в лес. Если идти два дня на северо-восток, можно добраться до нодримского Брока. В Броке живёт ваш дядя. Это на крайний случай, не пугайтесь.

— Почему никто не показал нам путь в этот коридор раньше? – удивилась Атанаис.

— Не было надобности. Теперь она может появиться. Не уходите с территории крепости, не спускайтесь к долине, не подходите к лесу.

Он поднялся, слегка поклонился, усмехаясь своим мыслям, и удалился.

— Я все разузнаю у Марцелла, — заявила Ишмерай.

— Если наш отец приказал им молчать, они и будут молчать, — ответила Атанаис.

— Может, Сагдиард просто запугивает нас?

— Нет, не думаю.

Несколько часов спустя к сёстрам пришли встревоженные Марцелл, Амиль и Сагдиард.

— Одевайтесь потеплее, барышни, — сказал Марцелл. — Пора кое-что вам показать. Не задавайте вопросов.

Атанаис внимательно взглянула на Сагдиарда. Тот молча кивнул ей из-за плеча Марцелла. Они покажут им запасной выход из Кишара.

Дочери герцога переоделись, каждая в своей комнате, в тёплые штаны, новые свитера из тёплой шерсти, которые Атанаис им связала несколько дней назад. Накинули тёплые плащи и вернулись в гостиную.

Марцелл, Амиль и Сагдиард повели их на улицу, под дождь и снег. Впятером спустились вниз, перешли во внутренний двор крепости, вошли в одну из железных дверей и оказались в длинном коридоре с деревянными дверями по обе стороны.

— Здесь хранится оружие, зерно, важные документы, – объяснял Марцелл. – На какое-то время здесь можно спрятаться в случае осады, но если ситуация безвыходная, лучше отступать дальше.

Вскоре коридор разделился на три других коридора.

— Средний и правый коридор ведут в тупик, выбирайте тот, что слева.

В левом коридоре показалось пять дверей.

— Выбирайте среднюю. Мы прозвали это место Крысятником.

— Потому что тут много крыс? – с отвращением спросила Атанаис.

— Нет, потому что отступают только трусы и крысы, — ответил Марцелл. – Атийцы не отступают. Но здесь дело касается вас, а вы бесценны. Поэтому когда я закончу свой земной путь и предстану перед Ассуром, богом войны и отваги, не думаю, что он будет слишком суров ко мне, и примет меня в свои славные чертоги.

— Марцелл, должно быть, ты – последний язычник в Архее, — вздохнула Ишмерай.

— Странно, что ты не веришь в старых богов.