Подстава для инкуба

Клиентами инкубов-детективов было огромное количество богачей и в России, и за рубежом, несмотря на то, что агентство в прессе и интернете никак не афишировалось.

Отлично работало разносившее славу так называемое сарафанное радио, особенно широко вещавшее среди мифических существ. Те нередко прибегали к услугам детективов, знающих мир ночи и его законы.

Вот совсем недавно к Фолетто обратился вожак московских оборотней Верглигор. Тот самый, которого я считала наиболее адекватным среди тупых качков. В заказе стояло – вернуть семейную реликвию, старинную скрижаль с древними письменами (в переводе на простой язык – деревянную доску с наскребаными на ней давно нечитаемыми магическими знаками).

Вернее ее часть, увезенную с собой отцом Твердимира, местного альфы, при разделе стаи еще в прошлом веке.

По легенде скрижаль придавала особую силу волкам и делала их менее уязвимыми в бою. А, следовательно, те получали зримое преимущество перед другими соперниками. Понятно, что половина реликвии – есть половина. Поэтому Верглигор захотел иметь всю.

Почему сейчас? Стефан ответил и на этот вопрос, хорошенько все выяснив, прежде чем взяться за дело.

Молодец, не подкопаешься. И подводных камней не нашел.

В общем, ответ оказался довольно прост. Месяц назад у Твердимира в схватке с охотниками погибли оба сына (не спасла скрижаль-то) и осталась только дочь, которая вожаком стаи быть не может. Поэтому реликвия, передаваемая строго по мужской линии, должна была по понятиям Верглигора вернуться к его сыновьям, как ближайшим родственникам Твердимира.

Даже если девушка станет женой нового вожака, стрижаль отдать все равно придется.

Однако местный альфа такой постановке предъявленных претензий возмутился и показал знатный кукиш двоюродному братцу, послав того куда подальше. То бишь в пешее эротическое путешествие. Мол, во-первых, Твердимир еще жив, а во-вторых, у него могут быть внуки. Так что все по-честному. И по мужской кровной линии один из внуков вправе владеть скрижалью.

В свою очередь таким ответом остался недоволен москвич, хотевший под шумок прибрать реликвию к рукам и с ее помощью как-то выделиться среди своих в столице.

Поэтому, закусив удила, решил бороться за наследство.

Тут я подумала, что зря считала Верглигора более умным оборотнем. Он оказался таким же твердолобым как остальные. А в данной ситуации повел себя вообще по-свински. Вместо того чтобы отступить (понятно же, что реликвии не видать ему как своих мохнатых ушей), затеял возню с инкубами.