Девять жизней

— дон Альфонсо опять погрустнел.

Сосватанная ему девица была совсем недурна, но кабальеро ещё не расстался с привычкой не пропускать ни одной юбки. Покосился на бесстрастного человека, стоявшего рядом, припомнил, как от него млеют женщины, и подумал: «Вот кто приданое возьмёт так приданое. А граф, похоже, с умыслом дочери потакает...». Дальше молодой щёголь задумался о дилемме, что лучше: взять больше приданого и проверять накладные, или меньше приданого беззаботно мотать. С этими мыслями и откланялся.

***

Когда подлинный комендант отошёл от монастырского склада, писарь шепнул ему:

— Репутация сеньора Фуэнтеса безупречна, я с ним знаком.

— Я сказал — никаких исключений, — жёстко оборвал его инквизитор.

Опытный Менго понял — впредь об этом лучше не заикаться, но у него было ещё одно дело.

— Дон Себастьян, вы перед осадой написали приказ отправить Хосефу Родригес в её родное селение.

— Да. Что-то не так?

— Осмелюсь просить вас приказ отменить.

— Почему?

— Видите ли, — Менго замялся.

— К делу. Хочешь жениться?

— Да, с вашего позволения. Я иначе бы не посмел вас просить.

— Хорошо, отменю. Но не вздумай обманывать!

— Я не враг себе, дон Себастьян.

Инквизитор ответил значительно мягче.

— Бедной девушке и так-то досталось. Вижу, до сих пор шарахается от меня.

Менго вздохнул.

— Да, Хосефа не верит ещё, что её горести позади.

— Не забывай об осаде.

— Сеньор, я понимаю, у вас сейчас совсем нет времени...

— Подписать хватит. Ты сумеешь оформить, — дон Себастьян улыбнулся. — Ведь я могу и погибнуть.

— Тогда и город погибнет, — помрачнел Менго.

— Вовсе не обязательно. Пиши.

— О, сеньор! А Хосефа не верит, что вы к нам будете так добры!

— Помнит, как я на тебя накричал, — криво усмехнулся сеньор де Суэда. — Хоть ты уже не боишься.

— Пустое, сеньор! Вы делали вид, что рассердились, а я — что испугался.

«Вот плут, обвёл меня вокруг пальца» — с этой мыслью дон Себастьян подошёл к небольшой балюстраде, огораживающей площадку с недействующим фонтаном, и стал смотреть, как разгружают продукты.

— Не каждый купец так следит за товаром, как вы, дон Себастьян.

— На кону не барыши здесь, а жизни.

— Бедняцкие жизни.

— Жизни честных подданных короля.

— Впрочем, вы правы — сотни грабителей в осаждённой Сегилье испортят жизнь и дворянам.