Девять жизней

— Конечно, при случае проучу наглеца, чтобы было впредь неповадно, но обижаться, сердиться на де Суэда? Надо мной будут смеяться, и только. Злорадно смеяться. Особенно герцог Альда, у которого служил дон Эстебан. Я на вас скорее обижусь за то, что вы отправили это чудо в Сегилью, будто мало мне хлопот на мою голову.

— Аристократы Эспании — одна большая семья. Не сердитесь.

— Да уж… на днях одну паршивую овцу обезглавили стараниями вашего юного друга.

— И поделом. Хотя лучше бы на костёр.

— Да, это дело будет засчитано светским властям, а не инквизиции, — съехидничал губернатор.

— Сочтёмся как-нибудь между собой.

Старики поговорили о новостях из столицы, припомнили прошлое и расстались, довольные друг другом.

***

Дон Рикардо направился в здание инквизиции, где для него были всегда наготове комфортабельные апартаменты, и сразу попросил пригласить к себе следователя. Разговор со своим протеже предстоял гораздо длиннее, чем с губернатором, великий инквизитор планировал уделить ему целый вечер на ясную голову, потребовал кофе и сладости, которые очень любил.

— Садитесь, сын мой, рассказывайте, что успели перевернуть вверх дном в прекрасной Сегилье.

— Вы шутник, дон Рикардо, — молодой человек тепло улыбнулся. — Я всё важное вам написал.

— Наверняка остались детали, которые не надо спешить доверить бумаге.

— От вас, святой отец, ничего не укроется! Больше всего меня беспокоит дело, переданное в столицу. Конечно, в Сегилье — только агенты купцов, продающих оружие моврам, но я не могу понять легкомысленного отношения к подобным проделкам. Ведь прямая измена!

— С моврами мир лет двадцать, и о пиратах не слышно. Вы позволили взять это дело из ваших рук?

— Все нити — в столице. Вам нужно настаивать, чтобы король изменил взгляды на торговлю подобного рода.

— Здесь могу вас поздравить с успехом. Или остались вопросы?

Дон Себастьян посмотрел на собеседника с восхищением.

— Вы, как всегда, правы. Не до конца прояснены связи Аседо. Он расшифровал инициалы из своих записей, но я не успел допросить всех, кому он тем или иным путём давал взятки. К тому же негодяй добрался и до столицы.

— Столицу беру на себя.