Апостолы слепого пророка

Он думал всю ночь, думал до головной боли, но все варианты — немедленно бежать, убить Финея или, хуже того, избить и связать — безжалостно отвергались самой Келено и здравым смыслом. Почему-то сейчас здравый смысл удивительно походил на трусость. Что-то могло лишь ненадолго отсрочить сделку, что-то... Так или иначе, хорошего выхода не было. Келено вдруг встала, как вкопанная, и растерянно заозиралась.

— И куда?

”Вот сейчас”, — пронеслось в голове Иве. Он придушил здравый смысл, разворачивая гарпию к себе лицом, и выпалил:

— Прочь из города?

Келено все утро старательно прятала от него глаза, чтобы он не видел ее потухшего взгляда, но сейчас посмотрела прямо.

Голос ее приобрел твердость, холод, о которых Иве успел позабыть, потому что уже давно она так не говорила с ним:

— Значит, предпочтешь, чтобы меня не было вовсе, чем это?

Здравый смысл в очередной раз оказался прав. Иве думал, что у них будет все же немного времени, за которое все может перемениться, но... Возвращаться к Финею все равно придется, и тогда учитель может придумать для нее нечто гораздо худшее.

Иве не ожидал, что она поймет его так.

— Нет, Кель. Нет. Я просто не знаю, как тебе помочь.

Она снова взяла его за руку, обхватив обеими ладонями и глядя куда-то им под ноги.

— Просто... Не оставляй одну. В самом деле, странно, что подобное случилось только сейчас. Но этого стоило ожидать, рано или поздно.

Не оставлять. Эта просьба до смерти пугала — быть здесь, выбирать ей наряды и украшения, в которых она не нуждалась так же, как не нуждаются в позолоте дикие орхидеи, вести туда, куда она должна идти.

.. Все это было выше его сил. Но каким бы трусом он ни был, она попросила не оставлять ее. Ей явно было не по себе среди этого шума, в удушающем облаке противоречивых запахов — с одной стороны резко тянуло рыбой, с другой — сладкой корицей и прочими специями. Прилавки вокруг них были завалены фруктами, пучками темной зелени и узловатыми имбирными корнями. Он был койне, он кое-что знал о базарах.

— Ладно. Мы на верном пути — одежду и ткани выставляют рядом с ароматическими маслами, а те продают подальше от рыбного ряда, чтобы не перебивало запах.

— Эй, вы, чего встали! — выкрикнула худая, высушенная солнцем женщина из-за прилавка с фруктами. — Колдун, ты свою девку не кормишь совсем, вон какая тощая? Идите-ка сюда, нечего торчать на проходе. Давайте, живее, ну!

— Вот, к кому Винарию стоило бы обратиться, — мрачно заметила Келено.

У них было при себе меньше монет, чем дал Винарий.