Эхо Антеора

Ее тело, мокрое насквозь и зараженное лихорадкой битвы, колотило крупной дрожью, перед глазами стояли раскуроченные тела, в особенности – пронзенное когтем лицо люмера, в гибели которого Лу винила себя. Вместе с наездниками она устремилась к дирижаблю, намереваясь любой ценой уберечь его пассажиров... Как вдруг почувствовала, что силы покидают ее. Обрушиваясь камнем вниз, перед тем как потерять сознание, она успела лишь обратиться в химеру сама, чтобы не покалечиться при приземлении.

***

Лу поняла, что имел в виду Джупитер, называя ее идею крайне паршивой.

И его слова об истощенности тоже. Да и вообще, какой бы упрямой юная орфа ни была, ей, пожалуй, следовало иногда прислушиваться к советам старшего.

Судьба дирижабля осталась для Лу неизвестной. Она искренне надеялась, что кораблю и защищавшим его воинам удалось улететь, но разум подсказывал, что надежда эта крайне призрачна. Прежде Лу считала, что в полной мере осознала свою ответственность перед этим миром, но лишь теперь, став свидетелем жестокого противостояния людей и химер, смогла самолично узреть цену своих решений.

Потеряв голову, она бросилась на помощь сотням, забыв о сотнях тысяч, которые также нуждались в ее помощи.

Лу не знала, сколько времени провела без сознания, но в уходящем свете дня несколько химер все еще блуждали по улочкам полуразрушенного поселения, уничтожая клювами и когтями все от изгородей до кладовок, от палисадников до печных труб. Для этого черного дела им, разумеется, требовалось находиться в физическом облике, и потому Лу смогла свободно опробовать на них дар Нежити – и вскоре признать отсутствие какого бы то ни было эффекта.

С этим неутешительным выводом и с окаменевшим от вины сердцем она и вернулась в долину, озаренную первыми лучами солнца. Она надеялась, что сможет искупаться до появления Джупитера, но успела только скинуть туфли, как поблизости знакомый голос насмешливо присвистнул:

– Ну и видок. Нехило тебя помотало, заноза.

– Я опробовала дар Нежити примерно на трех десятках химер, – бесцветно сообщила Лу. Подумав, что глупо стесняться того, кто и так знал о ней абсолютно все, она скинула одежду и стремительно погрузилась в реку, принявшись оттирать от себя грязь и болотный ил. – И ни на одну тот не оказал воздействия. Долго меня не было?

– Около пяти часов, – почесал шею Джупитер, присев возле исписанного палочкой участка берега и добавляя туда какие-то записи.