Эхо Антеора

Действовала она по памяти – рецепт был одним из первых, которые она выучила, и часто воспроизводила в госпитале по поручению целителей.

Потолочь, разбавить, смешать. Знакомые монотонные действия отвлекали и успокаивали. Оглянувшись на Хартиса и убедившись, что тот еще медитирует, после недолгих раздумий Лу состряпала порцию и для себя.

Когда шаот встрепенулся, с шумом втянув в себя воздух, девчонка уже стояла возле постели, с услужливостью рабыни протягивая ему чашу. Прежде чем взять ее, Хартис отполз к изголовью и расслабленно откинулся на подушки.

– Даже не знаю, как тебе сказать… – произнес он сдавленным тоном, точно готовился сообщить плохие вести. – Лу… Похоже, ты вконец облюмерилась.

После драматичной паузы, не в силах больше держать серьезную мину, он в голос расхохотался, а Лу накинулась на него с тумаками:

– Что за бред ты несешь, господин! Напугал меня до чертиков!

– Эй-эй, полегче, – смеялся тот, уворачиваясь.

Лу угомонилась и села к нему спиной на краешек кровати, надувшись. Она услышала, как мужчина делает несколько глотков, причмокивает губами и удовлетворенно протягивает:

– М-м, бесподобно.

– Выдумщик, – обиженно откликнулась Лу, прекрасно зная, что вкус микстуры далек от приятного.

– Нет, я вполне серьезен, – Хартис поставил опустевшую чашу на прикроватную тумбочку и обнял девчонку сзади, опуская подбородок ей на плечо.

Лу почувствовала на шее поцелуи – нежные касания губ и жалящие покалывания небритой щетины. В омуте этих противоречивых ощущений, в плену родных рук она растворялась так же быстро, как и вещества в снадобье, которое недавно готовила.

Однако, как и в снадобье, на душе Лу имелся осадок, от которого было не избавиться.

– То, что Вивис сказала… Что ты был влюблен в ангела... Это правда?

Влажные губы застыли, не довершив очередной поцелуй.

– Влюблен... – отозвался он глухо, с усмешкой. – Не думаю, что это подходящее слово, учитывая, что наша встреча продлилась меньше минуты. Но она… перевернула что-то во мне, не могу отрицать.

Он замолк, кажется, погрузившись в воспоминания. Судя по лаконичному тону, он не планировал больше ничего добавлять.