Фамильяр в сапогах и волшебное зеркало

- А у моего отца в роду не было колдунов?

- Точно не знаю, - Бертран почесал в затылке, - но, кажется, была какая-то бабка или прабабка.

Я долистала книгу до конца, не столько читая, сколько разглядывая цветные картинки, и на последней странице глаз вдруг зацепился за слово «лунная».

«Чтобы спросить книгу о чем-то, надо дождаться лунной полночи. Следует знать, что лунная полночь не совпадает с солнечной, поскольку за лунные сутки считается промежуток между двумя восходами луны. Лунные сутки продолжительнее солнечных, поэтому лунная полночь постоянно смещается по отношению к солнечной.

Чтобы точно определить время восхода луны без специальных инструментов, маг должен следить за драконом на переплете. Важно не упустить момент, когда его глаза начнут светиться».

Вот оно что! И если бы не мое любопытство, вряд ли бы я добралась до этого дисклеймера. Равно как и то, что это известно Дэлле. Знать бы еще время восхода хотя бы приблизительно. Он ведь может быть и днем, и ночью.

Я подошла к окну, посмотрела на небо.

В отличие от вчерашнего дня, оно было ясным, тонкий и почти прозрачный серп месяца висел низко-низко. Судя по положению солнца, шел на взлет, а не на посадку. Значит, завтра восход будет тоже утром. Не пропустить бы.

Обед я снова унесла в комнату, заявив, что не хочу сидеть за столом с такими образинами – портится аппетит. Похоже, они рассчитывали всячески отравлять мне оставшиеся до отъезда дни, если не буквально, то в переносном смысле, а вышло все наоборот.

Не знаете вы, подруги, что такое троллинг.

Не умеете – не стоит и пытаться.

После обеда я решила прогуляться. Поверх солнца шел легкий, едва заметный снег, и унылая картина за окном стала очень даже приятной. Бертран ворчал, что мне, видимо, больше нечем заняться, и я ответила: да, нечем, поэтому идем гулять. От обеда осталось два куска хлеба, вполне можно было покормить птиц.

Они сидели вдоль дороги на голых кустах, скучные и нахохленные, но едва заметили хлеб у меня в руках, сразу насторожились. А что началось, когда я начала его крошить…

Птицы кружили вокруг меня, садились на плечи и на голову, дергали клювами за волосы, хватали крошки с ладони.

«Спасибо, спасибо! Какая ты милая! Какая ты добрая! Приходи еще!»

Я и правда понимала их! Как будто подкручиваешь настройку радиоприемника, и шум превращается в голоса. Только они звучали у меня в голове, сквозь щебет.

«Не знаю, смогу ли, - мысленно ответила я. – Мне придется уехать. Далеко».

«Как жаль!» - огорчились птицы.