Спасти чудовище

– Я думаю, многие примирятся с вашей внешностью ради ваших денег и положения в общества, ваша светлость, – вежливо ответила она, гадая, как бы побыстрее сбежать из комнаты.

– Так почему бы это не сделать вам? Получить деньги и положение в обществе в обмен на то, что урод посещает вашу спальню, пока вы не родите сына?

Эйлин озадаченно смотрела на хозяина дома:

– Простите, я… я не понимаю…

– Все очень просто, – нетерпеливо пояснил граф. – Вы получаете деньги и мой титул, я – наследника. Надеюсь, это вам понятно?

– Но… – полагая, что имеет дело с сумасшедшим, она испуганно оглянулась.

– Почему вы предлагаете это мне?

Граф задумался, пытаясь как можно более точно сформулировать свои мысли:

– Вы не испугались моего облика, судя по речи, вы образованы и хорошо воспитаны, а с учетом того, кем работаете, у вас нет ни денег, ни назойливых родственников, которые стали бы препятствовать этому союзу!

– Уверяю, зная размер вашего состояния, родственники, скорее, подтолкнут невесту в ваши объятия.

– И что потом? Жить с женщиной, которая питает ко мне отвращение, которую тошнит от одного моего вида? Насиловать ее каждую ночь, пока не получу желаемого? – он горько усмехнулся.

– Поверьте, как бы я ни был ужасен, до такого я не опущусь.

Эйлин еще раз задумчиво взглянула на стоящего перед ней мужчину. Высокий, широкоплечий, с атлетичной фигурой… Она слышала, что до войны граф слыл одним из первых красавцев королевства.

Об этом свидетельствовали и решительный подбородок, и скульптурный изгиб губ с той стороны, где не было шрамов.

Девушка сделала шаг в сторону, чтобы видеть только здоровую половину лица. Действительно, красавец, если не считать взлохмаченную шевелюру, отросшую щетину и сломанный нос, портивший чеканную линию профиля.

– Насмотрелись?

Оказывается, граф заметил ее маневр. Нарочно хромая, он повернулся так, чтобы теперь девушка видела вторую половину лица, щека и лоб которой были скрыты маской, а к уголку губ тянулись розовые линии шрамов, стягивающие кожу.

– Как вам такое? Или такое?

Он снова развернулся, стал перед ней, наклоняясь к ее лицу.

От него несло перегаром и Эйлин поморщилась.

– Неприглядное зрелище, верно?

– Послушайте, я еще не ответила на ваше предложение, а вы ведете себя так, словно мы женаты лет десять! – запротестовала она. – Если вам хочется насмехаться над собой, это ваше право, но в этом случае прощайте, у меня слишком мало времени, а я и так две недели потратила впустую.

Девушка снова взялась за дверную ручку.