Там и Здесь. Академия Парамагии

А потом поротянул руку и обхватил меня за талию. Мне бы сопротивляться, но силы меня почему-то покинули и я позволила Биану притянуть себя к нему. Одна его ладонь прижалась к моей спине, второй Биан провел по моим волосам, а затем... Потянул за них, насильно запрокидывая мне голову в бок и обнажая шею. Я должна была орать во всю глотку, но мой голос сковало ледяной лапой, и я лишь с бешенно бьющимся сердце наблюдала, как Биан все ниже и ниже склоняется над им горлом. А потом шею обожгло болью и...

Я подскочила на кровати, уронив все книги, что не убрала на полку.

Сердце колотится, дыхание частое и с сипом вылетает из горла, а по лбу катятся горячие капли.

Это был сон? Просто сон? Для сна крайне реалистичный. Какая жуть...

Сглотнув пересохшим языком, я покосилась в окно — небо уже побледнело, а настенные часы показвают почти пять утра. Вот это вздремнула, а ведь думала, что выспалась и больше не хочу спать.

Все ещё дрожа, я сложила книги стопкой и убрала на полку, после чего вернулась обратно в кровать.

В какой конкретно момент я уснула, вспомнить не получалось и я не понимала — выходила я вообще из комнаты или нет. Оставалось надеяться, что уснула я до того, как слезла с койки, потому что не хотелось бы бродить по академии в качестве лунатика. Да ещё и когда в ней теперь учится этот...

При воспоминании о прикосновении Биана меня передернуло. Все было таки реальным и натуральным, что разум отказывался верить в сон.

До самого подъема я провалялась в кровати, не решаясь выходить из комнаты до тех пор, пока в дверь не постучала Дубрава.

— Яра! Яра, ты проснулась? У тебя на двери новое расписание светится. Ты пойдешь на Чароплетство?

Я соскочила на пол, быстро оделась в форму, которую мне, видимо занесла вчера Дубрава и которую я не заметила. Быстро глянула на себя в зеркало. Юбка-колокольчик в красную клетку чуть выше колен отлично села по талии. Голубую рубашку, на кармане которой вышито золотистым «Академия Парамагии», я заправила в неё, затем сунула ноги в черные мокасины и, цапнув сумку, вышла в коридор.

— О, — обрадованно выдохнула Дубрава, окинув меня довольным взглядом. — Форму носят не все студенты академии. Но тебе она идет.

— Серьезно? — с сомнением поинтересовалась я, уже пожалев, что нацепила одежду, в которой почти никто не ходит. Я и так белая ворона, а теперь ещё и нарядом буду выделяться. Вот же ж, будто я не видела, в чем тут учащиеся ходят.

Но Дубрава активно закивала.

— Абсолютно. На мне висит, как на вешалке.